Из истории эвтаназии

14 мая 2017

Подбираясь к концу своего месячного сериала-исследования о месте суицида в современном мире, ваш любимый самиздат изучает эвтаназию — добровольный уход из жизни при содействии врачей. Связной «Батенька, да вы трансформер» в США Ульяна Малашенко рассказывает, как штат Орегон стал пионером в легальном самоубийстве, как эвтаназия связана с газовыми камерами и почему мы почти ничего не знаем о людях, которых добились права на безболезненную смерть.

За тем, как в Орегоне уходила из жизни американка Бриттани Лорен Мэйнард, осенью 2014 года следила вся Америка. В медицинском заключении было написано: «Опухоль головного мозга». По местным законам, неизлечимая болезнь — и только она одна — может считаться причиной смерти, когда пациент обращается за помощью при уходе из жизни.

О диагнозе Бриттани узнала за десять месяцев до этого, на Новый год. Через девять дней прошла первая операция. Однако в апреле стало понятно, что она не помогла. Врачи сообщили Бриттани, что ей осталось шесть месяцев. «Мне было 29. Только за год до этого я вышла замуж. Мы с мужем хотели завести детей… Моё тело было молодо и здорово, и оно могло бы долго поддерживать жизнедеятельность, несмотря на то, что рак уничтожал мой мозг. Я могла бы страдать в хосписе на протяжении недель или, может быть, даже месяцев, и всё это происходило бы на глазах моей семьи. Я не хотела такого кошмара для близких», — написала девушка в своей колонке на сайте CNN.

Ради права на смерть Бриттани Мэйнард переехала из Калифорнии в Орегон. Там, в отличие от её родного штата, помощь при уходе из жизни законом уже не была запрещена. Сколько именно людей ежегодно приезжают в Орегон за смертью, сказать сложно. Прежде чем обратиться к врачу, люди должны стать резидентами штата, и поэтому статистика таких не видит. Согласно последнему опубликованному отчёту, в общей сложности правом на смерть в Орегоне в 2016 году воспользовались триста тридцать семь человек, годом ранее — триста пятьдесят. Орегон стал первым штатом, в котором помощь при уходе из жизни перестала считаться преступлением. Закон, известный под названием «Акт о достойной смерти», действует там на протяжении последних двадцати лет.

Документ чётко описывает процедуру получения разрешения на летальные препараты. Пациент должен быть старше восемнадцати лет, дееспособным, а также иметь подтверждённый диагноз терминального заболевания. Кроме того, прежде чем человек получит рецепт, он должен как минимум дважды в течение пятнадцати дней в устной форме попросить доктора об этом.

Принятие «Акта о достойной смерти» не было простым. Больной раком депутат законодательного собрания Орегона Фрэнк Робертс трижды вносил этот законопроект — в 1989, 1991 и в 1993 годах. Однако документ снова и снова отклоняли. К моменту последнего слушания Робертс был уже в инвалидной коляске: лучевая терапия уничтожила двигательные нервы, лишив его возможности ходить. Рак дал метастазы в лёгкие, и 1 сентября 1993 года, после пяти сроков в верхней палате парламента штата, Фрэнк Робертс покинул свой пост. Месяц спустя, 31 октября, он умер в резиденции своей жены Барбары — губернатора Орегона.

Позже в своей книге «Смерть — без отрицания. Скорбь — без вины» она написала: «Мы отправляем умирающих пациентов в больницы, чтобы подключить их к кардиомониторам, системам поддержания давления, чтобы вводить им внутривенно питательные вещества, ставить катетеры и подключать к аппаратам искусственной вентиляции лёгких. В большинстве случаев ни один из этих приборов не имеет смысла. Умирающий человек нуждается в комфорте, сохранении собственного достоинства и в некоторых случаях — в обезболивающих. … В больнице мы всегда ждём чуда, врачи говорят нам, что „делают всё возможное“. Всё, но только не то, что большинство умирающих пациентов предпочли бы выбрать».

Принятие закона, который мог бы облегчить последние мгновения жизни её мужа, стало для Барбары личным делом. Уже в 1994 году, в последний год её губернаторских полномочий, вопрос был вынесен на референдум и население Орегона поддержало эту инициативу. На то, чтобы добиться вступления закона в силу, ушло ещё три года: всё это время на его исполнение действовал судебный мораторий.

Сейчас оказание помощи терминальным больным при уходе из жизни разрешено в семи территориальных образованиях США. Помимо Орегона, в список входят штаты: Вашингтон, Вермонт, Монтана, Колорадо, Калифорния, а также столица страны — федеральный округ Колумбия.

Личности всех участников программ по уходу из жизни засекречены, а данные уничтожаются в течение года после публикации обезличенных статистических отчётов. Врачи, выписывающие смертельные препараты, проходят в базах данных под кодовыми именами, и даже департаменты здравоохранения штатов не могут давать рекомендации на этот счёт.

Сторонники права на достойную смерть надеются, что когда-нибудь этот закон станет федеральным, однако пока движение встречает изрядное сопротивление.

Против — не только религиозные организации, но многие представители этнических меньшинств, прежде всего — чернокожие. В прошлом именно они часто становились жертвами евгенических экспериментов, во время которых искусственно прерывалась жизнь и ограничивалась репродуктивная функция.

В Северной Каролине, например, некоторое время действовал закон, который обязывал стерилизовать всех людей, чей IQ был ниже 70 пунктов. 

Беднякам за добровольное согласие на операцию предлагалось 200 долларов. А в 1911 году, опередив нацистов, сторонники теории улучшения человеческого генофонда предложили использовать газовые камеры для борьбы с «неполноценными» членами общества. Под «неполноценными» понимались чернокожие, бедные и больные. Некоторые американские доктора даже перешли от теории к практике. Известен случай, когда в начале XX века пациентам психиатрической лечебницы в Иллинойсе давали молоко, заражённое вирусом туберкулёза. Всё это называлось словом «эвтаназия», и поэтому теперь она запрещена на территории всей страны. Именно поэтому американские доктора не имеют права ни при каких обстоятельствах принимать активное участие в процессе ухода пациента из жизни.

Роль врача вызвала широкие дебаты после того, как в 1990-х Джек Кеворкян помог совершить самоубийства сорока тяжелобольным пациентам в штате Мичиган. Первым клиентом Доктора Смерти стала 54-летняя Джанет Адкинс, у которой обнаружили болезнь Альцгеймера. Кеворкяна обвинили в убийстве, однако позже обвинения были сняты, поскольку в штате Мичиган не существовало законов, проводящих черту между убийством и помощью при уходе из жизни. Затем, однако, Кеворкян снял на плёнку, как он собственноручно убивает пациента. Видеозапись была показана в культовой программе «60 минут». На этот раз Доктора Смерть был признан виновным. Он провёл в тюрьме восемь лет.

Смертельную дозу барбитуратов двадцатидевятилетняя выпускница университета Беркли Бриттани Лорен Мэйнард добровольно приняла 1 ноября 2014 года.
Текст
Нью-Йорк
Иллюстрация
Москва