Суицид дня: Единственный бой адмирала Бурды
Текст: Юлия Дудкина / 22 августа 2016

Сегодня в «Суициде дня» история адмирала Бурды, единственного командира ВМФ, который ни разу не побывал в настоящем сражении. Зато однажды он попробовал сразиться за права женщин, но ничего хорошего из этого не вышло.

Адмирал Бурда не был похож на своих предшественников. Обычно руководить военно-морскими операциями назначали людей из элит, выходцев из военно-морской академии США, которые много раз участвовали в боях. Часто это были военные, которые служили на подлодках или в авиации. Но Джереми Майкл Бурда не был ни героем, ни выпускником элитного военного училища. По правде сказать, он ни разу даже не участвовал в настоящем бою и, кроме всего прочего, был евреем. Не то чтобы к 90-м годам в Штатах всё ещё существовал открытый антисемитизм. Просто мир ВМС всегда жил по своим законам — что бы ни происходило во внешней среде, здесь главенствовала грубая сила. Женщинам в этом мире места не было, а у руля стояли «настоящие воины» — как правило, из среды так называемых белых англосаксонских протестантов. Но после скандала Тейлхук стало ясно, что времена меняются, и на первом месте теперь — не воинственность, а умение улаживать конфликты и вести правильную политику.

В 1991 году, после очередного съезда военной ассоциации Тейлхук, где лётчики Тихоокеанского флота имели обыкновение напиваться и дебоширить, восемьдесят три женщины — служащие флота и авиации — заявили, что подверглись домогательствам и сексуальному насилию. Следующие несколько лет все журналы и газеты бесконечно печатали монологи жертв, служебные расследования начинались одно за другим. Все, кто был на Тейлхуке или хотя бы просто находился рядом, не получили очередных повышений, а в американских ВМС начался небывалый всплеск феминизма: женщины требовали, чтобы им разрешили участвовать в боях и пилотировать боевые вертолёты и истребители. Репутация всех военно-морских сил США оказалась под угрозой, а старое начальство больше не удовлетворяло запросам общества. Тут-то и пришло время Джереми Майкла Бурды — человека, внимательного к своим подчинённым, мягкого и готового идти на компромисс. Простого матроса, который — первым в истории — дослужился до руководящих постов. Казалось, что его дипломатизм и уважительное отношение к женщинам смогут спасти положение. Никто не думал, что эти качества в итоге погубят адмирала Бурду.

Добрый адмирал

Родители Майкла, Герман и Гертруда Бурда, всё время кочевали с места на место и нигде не могли толком обосноваться. Потомки украинских евреев-эмигрантов, они переезжали из одного штата в другой и занимались торговлей — работать часто приходилось сутки напролёт. Иногда Майкл и его сестра просыпались ночью и видели, как их отец плачет, тогда они думали, что это из-за того, что он очень сильно устаёт. Но даже когда семье удалось на какое-то время обосноваться в Висконсине и зажить более-менее стабильно, он оставался мрачным, вечно подавленным человеком. Когда Майк был уже подростком, у его отца диагностировали параноидную шизофрению. Иногда он на какое-то время пропадал из дома, как потом выяснилось, ложился в психиатрическую клинику, где его лечили электрошоком.

В 1953 году, когда Майку было тринадцать лет, его отец впервые попытался покончить с собой. В тот день они с женой отправились куда-то на машине. Вдруг Герман припарковал автомобиль неподалёку от большого моста и сказал, что отлучится за сигаретами. Не слушая возражений жены, он вышел, добежал до края моста и прыгнул вниз. В тот день его выловили из реки и надолго положили в больницу.

Когда Герман вернулся домой, они с женой посоветовались и решили вместе с детьми уехать подальше за город — может быть, там ему станет спокойнее. Они переехали в крошечный городок в Иллинойсе. Майк, устав от бесконечный переездов, семейных скандалов и отцовских причуд, совсем забросил учёбу. Он только и делал, что прогуливал уроки и пил пиво со своими взрослыми приятелями. В 1956 — в свой выпускной учебный год — он решил бросить школу и вступить в ряды ВМС.

Вообще-то он никогда не мечтал об армии. Просто Майку очень хотелось поскорее сбежать куда-нибудь из семьи, тем более что родители были в ярости, когда он объявил, что больше не будет учиться. Он до последнего сомневался в своём решении, а когда родители впервые приехали навестить сына в учебном лагере, вышел к ним чуть ли не со слезами на глазах. Но постепенно он привык и понял, что

здесь, в казармах, есть то, чего ему так не хватало дома. Порядок, дисциплина и справедливость.
В семнадцать лет, когда Майка направили в тренировочный центр в Оклахоме, он во время увольнительной познакомился со своей ровесницей по имени Бетти Норман и очень быстро влюбился. Бетти была из религиозной христианской семьи. И её родители, и родители Майка были против межрелигиозного брака, но всё-таки эти двое поженились и уже через год родили ребёнка. У мальчика оказалось редкое генетическое заболевание, из-за чего ему нужно было постоянно принимать лекарства. В роддоме Майку и Бетти даже предложили отказаться от младенца и отправить его в детский дом, но они решили, что будут сами его растить. Теперь, даже если бы Майк захотел, он не смог бы уйти с военной службы — там ему была гарантирована приличная зарплата, медицинское обслуживание и забота о нём и его семье. Так что Майк Бурда начал изо всех сил стараться выполнять свою работу как можно лучше, чтобы добиться повышения. Он хорошо разбирался в технике, во всём проявлял инициативу и брался за любое задание, так что в 1962 году его зачислили в офицерскую школу, которую он в том же году и закончил. Для парня из такой среды, который к тому же ещё и не доучился в старшей школе, подобное продвижение по службе было почти невозможным. Во время войны во Вьетнаме Бурда командовал одним из военных кораблей, экипаж которого любил его за внимательное и лояльное отношение. Но ни в одном настоящем бою Майк Бурда так и не побывал.

В сентябре 1991 года начался скандал вокруг Тейлхука. Женщины, служившие в ВМС, каждый день рассказывали журналистам истории о том, как сослуживцы и начальство домогались их. Одной из героинь репортажей и интервью стала Паола Кафлин — женщина-пилот, на которую напали на печально известной конференции. Она служила под началом Бурды, и во время разбирательств выяснилось, что, когда адмирал узнал о случившемся, он постарался помочь женщине — сделать так, чтобы на работе она больше не пересекалась со своими обидчиками. Он вообще участливо относился к личным проблемам своих подчинённых и всегда внимательно их выслушивал.

В эти кризисные для ВМС времена правительству срочно нужен был новый руководитель военно-морскими операциями — человек, который сможет стать символом борьбы с дискриминацией. Представить себе лучшего кандидата на эту роль, чем адмирал Бурда, было, казалось бы, невозможно, так что 23 апреля 1994 года он занял эту должность — высшую в системе ВМС США. 

История с Ребеккой Хансен

Каждый одноклассник Ребекки знал: там, где появляется эта угловатая долговязая девчонка, обязательно случается какой-нибудь конфликт. Она неплохо уживалась с мальчиками — на равных играла с ними в баскетбол и бегала наперегонки. Но девочки из школы её не любили: им казалось, что она странно ходит и вообще ведёт себя неподобающе юной леди. Когда Ребекку начинали дразнить, она могла запросто врезать обидчику кулаком в челюсть, а потом отстаивать перед учителями и директором свою правоту. И если сначала она воевала только со своими одноклассницами, но потом в этот конфликт втянулась вся школа — девочки из старших классов объединялись в группы и поджидали её за углом, чтобы окунуть головой в городской фонтан. Каждый раз Ребекка пыталась защищаться, и иногда доходило до серьёзных травм.

Её планы на будущее тоже не совпадали с тем, о чём мечтали другие девочки, ведь Ребекка хотела стать астронавтом. Правда, на тот момент это было невозможно, так что, закончив обучение, она сначала отправилась делать спортивную карьеру, а потом подалась в журналистику. Но надолго задержаться где-либо у неё не получалось — мешал вздорный характер. Она то и дело ссорилась с начальством и уходила, хлопнув дверью. Однажды она увидела объявление в газете: «ВМС приглашает на работу женщин-пилотов». Ей тут же показалось, что это — именно то, для чего она была рождена, и Ребекка отправила своё резюме, после чего успешно прошла тесты. Правда, уже в процессе обучения выяснилось, что карьера пилота — не для неё. Все инструкторы считали, что Ребекка может запросто разбить военный вертолёт и разбиться сама. Она не могла запомнить, как управлять механизмом, а на теоретических экзаменах постоянно путалась и запиналась.

Правда, сама Ребекка считала, что дело не в её неспособности к обучению — она постоянно жаловалась на других курсантов, которые делали замечания по поводу её внешности и фигуры. По её словам, ей даже пришлось носить длинные брюки вместо шорт. А однажды она написала заявление о сексуальном домогательстве со стороны своего инструктора, тот якобы во время учебного полёта вслух рассуждал о том, бикини какого цвета хотел бы на ней видеть.

Вскоре после этого инцидента Ребекку выгнали из лётной школы. Как утверждало начальство, её заявление было тут вовсе ни при чём — девушку было просто опасно пускать за штурвал. Случись такое до скандала Тейлхук, никто бы и не заметил. Но тут, на волне подъёма феминистского движения, Ребекка решила, что будет добиваться своего и вернётся в лётную школу, чего бы ей это ни стоило. Она стала повсюду рассказывать, будто бы её выгнали из-за того, что инструктор домогался её, а она его отвергла. В итоге в дело вмешался старший авиатор флота Стен Артур — он лично проэкзаменовал Ребекку Хансен и, как и его коллеги, пришёл к выводу, что летать ей нельзя. Девушка по-прежнему не собиралась сдаваться — она подняла на уши прессу и политиков, которые утверждали, что та страдает из-за сексизма и что ей должны дать право доучиться.

Как раз в это время Стен Артур был выдвинут на пост командующего вооружёнными силами на Тихом океане. Герой многих сражений, опытный лётчик и пример для подражания среди молодых авиаторов, он так и не прошёл на этот пост, о котором мечтал — и всё из-за глупой истории с Ребеккой Хансен, которая, не преуспев в военном деле, решила начать бороться за права женщин и сделать на этом политическую карьеру. Все вокруг знали, что адмирал Бурда — на тот момент уже глава ВМС — мог заступиться за Артура и прекратить этот цирк. Кроме того, Бурда лично говорил Стену Артуру, что он на его стороне и знает, что никаких домогательств не было. Просто адмирал, ни разу не побывавший в сражении, не смог противостоять общественному мнению. Он боялся, что из этого выйдет ещё больший скандал, и решил просто не вмешиваться. Мало того, он предложил Ребекке Хансен работу в Пентагоне. Ни Стен Артур, ни другие служащие ВМС так и не смогли ему этого простить: адмирал Бурда стал изгоем, и за глаза его называли Малышом Майки. Офицеры ВМС публиковали в прессе открытые письма к адмиралу и просили его уйти в отставку, даже среди новобранцев он стал посмешищем. 

Роковые литеры

Однажды один из журналистов «Ньюсвика», Дэвид Хэкворд, вдруг заметил, что адмирал Бурда носит на ленточках своих медалей две литеры V — знаки, которыми в США награждают военных, проявивших мужество на поле боя. Все слышали, что мягкий и дипломатичный командир ВМС ни разу не побывал в бою, так что Хэкворд нашёл ещё один повод унизить адмирала: он стал выяснять, откуда взялись эти литеры и имеет ли Майкл право их носить.

За Бурду заступился его предшественник, бывший руководитель военно-морскими операциями Элмо Зумвалт. Он написал журналисту письмо, в котором объяснил, что лично разрешил подчинённому носить эти литеры после того, как тот отслужил во Вьетнаме. Но эти доводы были неубедительны — каждому, у кого есть право носить такие знаки отличия, выписывают специальный документ. У адмирала Бурды его не было. Пока шло расследование, адвокат Майкла посоветовал ему на какое-то время снять эти литеры с лент, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, и он так и поступил в надежде, что когда-нибудь сможет повесить их обратно.

Утром 16 мая 1996 года во время совещания к адмиралу Бурде подошёл его помощник и доложил, что приехали люди из «Ньюсвика» и хотят взять у него интервью — поговорить про две литеры V, у них якобы появилась новая информация и доказательства того, что он не должен их носить. Бурда сказал, что примет журналистов после обеда, так как ему предстояло ещё несколько рабочих встреч.

В одном из перерывов помощник заметил, что у адмирала трясутся руки. «Что же мы будем делать?» — спросил Майкл у помощника. Потом помедлил немного и ответил сам себе: «Мы скажем им правду».

Встреча с журналистами была назначена примерно на три часа дня, а после неё адмирал Бурда должен был сразу отправиться на совещание в Белый дом. Обычно Майкл обедал в своём офисе, но тут вдруг решил съездить домой. Помощнику он сказал, что успеет вернуться к интервью. Бурда часто шутил, что, когда настанет время увольняться, он откроет где-нибудь магазинчик с компьютерными принадлежностями. Прежде чем покинуть офис, он пошутил: «Что ж. Возможно, этот магазинчик появится у меня даже раньше, чем я думал».

Дома, так и не пообедав, он наскоро написал две записки, тщательно заклеил их в конверты, а потом вытащил пистолет, отошёл в дальний конец сада и выстрелил себе в сердце. Журналисты из «Ньюсвика» ещё какое-то время прождали его в переговорной и уехали домой. Позже «Вашингтон пост» обнародовал содержание одной из предсмертных записок, той, где Бурда обращался к своим подчинённым:

«Я люблю наш военный флот так, что не могу его обесчестить»,

— писал Майкл Бурда прямо перед тем, как проиграть своё первое и последнее в жизни сражение.

Ведущая

ДОБАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

comments powered by HyperComments

Больше?

Россия в приступе массовой булимии

Юлия Дудкина
По всей стране уничтожают тонны продуктов, на Красной площади из них строят огромные скульптуры — первый репортаж с пира во время чумы

Гигантская шарлотка голодной старости

Юлия Дудкина
Приговор человечеству — россияне скатились на дно, сшибают ограждения, расталкивают стариков и идут по головам ради гигантской шарлотки

Шашлычный апокалипсис сейчас

Марина Курганская
Инфернальный шашлык в Серебряном Бору, роковой шашлык на даче, техно-шашлык под кокаином, шашлык из человечины, русский мир, бежать некуда

Скорбная коврижка импортозамещения

Юлия Дудкина
В Гостином дворе построили самую большую в мире коврижку в виде России, безжалостно её разорвали на части и накормили толпы отчаянных граждан

Как напиться на один доллар

Алексей Синяков
Пойло, Сталин сеет коноплю, настойка из стеклоочистителя и промышленного клея, приседания с напёрстком водки — Синяков учит не грустить в кризис

Алфавит: Е — Египет, прощание

Саша Нелюба
Саша Нелюба отпевает наши любимые туристические поездки в Египет по системе «всё включено». Страдания, Тагил, мёртвый сезон, палёное бухло