Грязные танцы: как создатель вечеринок Club Kids сел в тюрьму и всё пропустил
Иллюстрации: Алёна Белякова
13 июня 2017

online

Исследование 
«Жизнь в прямом эфире»

Организатор отвязных вечеринок Сlub Kids в Нью-Йорке Майкл Элиг не видел стримов до 2014 года. Человек, который был на острие жизни, семнадцать лет провёл в тюрьме за убийство наркодилера и вышел в совершенно другую реальность. Специально для самиздата «Батенька, да вы трансформер» Артём Андронов пообщался с Элигом и выяснил, почему бесконечный прямой эфир убивает субкультуры и андеграунд.

New York, New York

«Честно говоря, после всего этого вряд ли что-то ещё может меня шокировать», — говорит в интервью «Батеньке» Элиг. Годы безумных рейвов, наркотической зависимости и тюремных драм почти не отразились на его внешности. Даже мешки под глазами и усталость не делают его старше тридцати пяти лет. Тёмные волосы бывшего короля вечеринок почти всегда аккуратно подстрижены, виски выбриты, а на молодом лице по умолчанию — подростковая, слегка хулиганская улыбка. Элигу пятьдесят один, но в нём легко угадывается тот эксцентричный юноша, за которым примерно двадцать лет назад ходила слава самого популярного клубного промоутера Манхэттена.

«Это был август 1984 года. Я до сих пор помню ощущение тревоги и волнения в животе, появившееся в тот момент, когда мы пересекли мост Джорджа Вашингтона. Мама и её бойфренд привезли меня в Нью-Йорк», — вспоминает Майкл в своей автобиографии для NY Post о том дне, когда он, застенчивый подросток из провинциальной Индианы, впервые прибыл в огромный город, чтобы начать обучение в Фордемском университете на факультете fashion-дизайна. С утра до ночи Элиг бродил по шумным улицам, с открытым ртом глазея на гигантские вывески, витрины торговых центров и эксцентричных модников Манхэттена. Нью-Йорк казался Майклу волшебным миром, не имевшим ничего общего с тихим городком Саут-Бенд, где он провёл полные скуки и унижений со стороны одноклассников первые годы жизни.

Майкл Элиг

Пока страна находилась под впечатлением от рейганомики (курса экономической политики Рональда Рейгана), в Нью-Йорке кипела жизнь. Это был город лёгкой анархии и идеологический центр многих прогрессивных явлений, где преступность и наркомания находились в тесном соседстве с крушившим стереотипы миром современного искусства и безумием ночной жизни даунтауна восьмидесятых.

«Это было невероятно волнующе! — рассказывает Элиг. — Я приехал из обычного провинциального городка. У нас не было высоких зданий или чего-то даже близко похожего на ночную жизнь. Мои первые воспоминания — это чистый восторг, но я знал, что арендные ставки в Нью-Йорке были невероятно высоки, поэтому не могло быть и речи о том, чтобы остаться в городе после окончания университета. Мысль о том, что мне придётся конкурировать со всеми этими талантливыми, стильными людьми, живущими на Манхэттене, вселяла волнение и страх».

В университете Майкл подружился со студентом, которого все звали Людовико. Юноша был бойфрендом популярного художника Кита Харринга и однажды привёл Элига на его вечеринку. Провинциальный тинейджер, видевший до этого живьём только клубы Саут-Бенда с угрюмыми мужчинами за барной стойкой, хитами трёхлетней давности и дешёвым пивом, был восхищён. Снаружи столпилось около трёхсот человек, бассейн был стилизован под тарелку популярного «алфавитного супа» с ингредиентами в форме букв, всюду сверкали вспышки камер, а на танцполе блистала Грейс Джонс. Почти полностью обнажённого, обмазанного белой краской Людовико вывели из лимузина на поводке.

Ночная жизнь Нью-Йорка переживала особый момент. Это была отдельная вселенная внутри Вселенной, правили которой тогдашний король вечеринок Энди Уорхол и порождения его Фабрики — самопровозглашённые знаменитости с такими именами, как Джон Пол и Билли Бейонд, которые обрели славу, не создавая ничего. Провинциальный тинейджер мечтал войти в это эксклюзивное общество. Он угробил всю старую одежду, которая казалась ему модной до погружения в светский мир Нью-Йорка, и перевёлся в Технологический институт моды, но вскоре бросил образование и устроился на должность помощника официанта в Danceteria — некогда популярный, но выпавший из тренда клуб, принадлежавший харизматичному бизнесмену Рудольфу Пайперу.

Уорхол умер в 1987 году. Для богемы Нью-Йорка это стало настоящим ударом. Депрессия поглотила ночную жизнь города. Никто больше не ходил на вечеринки, огромные клубы вместимостью шесть тысяч человек пустовали. Популярный светский журналист и колумнист Майкл Масто выпустил материал с кричащим заголовком «Смерть даунтауна».

«Я был очень зол на автора этой статьи, — рассказывает Элиг в беседе с Interview. — Его поколение насытилось и было готово двигаться дальше, но мы были тинейджерами, у которых лишь недавно появилась возможность пережить всё это». Юношу не устраивало существовавшее положение дел и он в компании друзей встретился с Пайпером, занимавшимся в то время клубом Tunnel. «Рудольф был очень креативным человеком и всегда искал новую большую идею, которая свергла бы мейнстрим, — вспоминает Майкл. — Пайпер сказал: „Что-то новое произойдёт, когда достаточному количеству людей станет скучно и надоест то, что ничего не происходит“. Нью-Йорк погряз в унынии, но мы не хотели жить в сером городе и решили начать что-то новое прямо сейчас!»

Идея костюмированных вечеринок с посетителями в экстравагантных нарядах, пришла к Элигу после того, как он встретил новых друзей — Кеоки (который стал бойфрендом Майкла и позже популярным диджеем) и Джеймса Сейнт-Джеймса — уже знаменитого на тот момент молодого джентльмена, успевшего запрыгнуть в последний вагон уходящего поезда Фабрики Уорхола. Для своей первой вечеринки Элиг и его друзья попросили у Tunnel маленькое помещение внутри клуба, возможность создать свой список гостей и открытый бар с бесплатным алкоголем. Посетители должны были соблюсти единственное правило — самодельный костюм. Майкл и его юные единомышленники хотели создать волшебный мир людей в шокирующих нарядах. В итоге пришли всего шесть-семь человек. Начинающий промоутер был в образе Маленького лорда Фаунтлероя, в бархатных штанишках, с белым, взъерошенным воротником. «Самым забавным было то, что у всех была одна и та же идея — не наряжаться, а быть пародией на тех, кто это делал. Я предполагаю, что создавая эти безумные наряды и выдумывая имена типа Ру Пол или Джениталия мы высмеивали Суперзвёзд Уорхола», — говорит Элиг.

Пайпера восхитила концепция юного организатора, и он позволил тинейджерам проводить свои вечеринки еженедельно. Каждый раз число посетителей увеличивалось вдвое и вскоре дошло до двухсот человек. Клуб был переполнен подростками, которые не платили за вход, пили бесплатный алкоголь и не приносили никакой прибыли, что в итоге привело к конфликту с руководством. Жизнь вынудила Майкла искать новые места. Ему пришлось создавать коллаборации с другими заведениями.

Отдельной и очень важной частью истории жизни Элига являются нелегальные вечеринки, которые он устраивал в McDonalds, Dunkin Donuts и на станциях метро. Вито Бруно был первым, кто стартовал с этой идеей в Нью-Йорке. Юный промоутер начал сотрудничать с ним, чтобы избежать обвинений в плагиате. «Это был своеобразный маркетинговый ход, для того чтобы привлечь публику в старые, выпавшие из тренда клубы, — вспоминает Майкл. — Мы всегда устраивали их рядом с заведением, в которое хотели заманить людей. Наш расчёт был на то, что полиция разгонит пришедших и они захотят продолжить веселье. После того как это происходило, а именно этим всегда в итоге и заканчивалось, мы раздавали приглашения, позволяющие пройти в клуб, и предлагали посетителям бесплатный алкоголь в течение часа. Отличный способ завлечь тысячу классных людей на вечеринку!»

Популярность нового движения стремительно росла, и к концу восьмидесятых подростки в экстравагантных нарядах стали настоящими звёздами города. В марте 1988 года New York Magazine сделал обложку с ними и большой материал внутри. Именно тогда и возникло новое название движения — Club Kids, его придумала автор текста Эми Вершуп. «До этого у нас было другое имя — Funtouchables — дурацкое слово… но, эй! Мы были тинейджерами!» — восклицает Элиг.

По мнению Рудольфа Пайпера, новое явление смогло обрести популярность благодаря пустоте, образовавшейся после смерти Уорхола. «Майкл воспользовался существовавшим положением дел, превратив себя вместе с ними в настоящих звёзд, — цитирует NY Times знаменитого деятеля ночного Манхэттена. «Мальчик создал мост между лихорадкой диско и эпохой рейвов, — рассуждал Джеймс Сент-Джеймс в интервью Guardian. — В Studio 54 (легендарный клуб восьмидесятых) могли попасть только люди уровня Лайзы Миннелли или Кельвина Кляйна. Всё, что было нужно вам, чтобы стать частью мира Club Kids — это фриковатость. Происходившее на вечеринках Майкла — коктейль из экстравагантных непристойностей, но в них был свой шарм».

Несмотря на популярность, Элиг не был прибылен как промоутер. «Tunnel, Red Zone, Danceteria — мы обанкротили их всех!» — вспоминает он. Вокруг Майкла витала дурная слава убыточного организатора. Единственным большим игроком ночного Нью-Йорка, который на тот момент не пострадал от его вечеринок, был Питер Гейшн — владелец американо-британской сети клубов Limelight, носивший пиратскую повязку на левом глазу. «Он, конечно, всё знал, — рассказывает об их первой встрече создатель Club Kids. — Прямо так и заявил, во время переговоров о возможной коллаборации: „Я не стану твоей следующей жертвой!“ — тем не менее Питер согласился сотрудничать с нами».

Вечеринки Disco 2000, которые Элиг создавал под началом своего нового покровителя, моментально стали хитом ночного Манхэттена. В один момент они обросли множеством сомнительных легенд, навсегда войдя в богатую на экстравагантные события, противоречивую историю Нью-Йорка.

По мнению Майкла, одним из его самых больших промоутерских успехов стал конкурс «Грязный Рот», суть которого сводилась к тому, что в разгар веселья создатель Club Kids поднимался на сцену, сообщал в микрофон какую-нибудь возмутительную пошлость, после чего предлагал посетителям составить ему конкуренцию — появиться под светом софитов и попробовать сделать ещё более скандальное заявление. Участник, чьё выступление шокировало публику больше всего, выигрывал 100 долларов. Со временем вечеринки Элига становились всё более скандальными, а выходки промоутера превратились из экстравагантных в шокирующие. Он бросал сотни банкнот на танцпол, чтобы посмотреть на дравшихся за деньги людей, мочился с балкона на девушку-бармена во время Disco 2000 и как минимум однажды, наполнив своей мочой бутылки пива, начал раздавать их с криками: «Бесплатные напитки!» В интервью Guardian Майкл рассказывал, что в какой-то момент ему стало казаться, будто череда безумных поступков — это единственный способ сохранить ажиотаж вокруг вечеринок и шокирующие номера были прагматичной работой на имидж.

В своей книге Disco Bloodbath (Кровавая баня Диско) Джеймс Сент-Джеймс вспоминал об одной из затей создателя Club Kids:

«Всем нам известно, насколько Майкл любил Lego. Как ничто на Земле. Мальчик так любил все эти конструкторы… Он раз в год летал в Германию, чтобы сходить на фабрику и купить самые новые и редкие прибамбасы. Вот же увлеченьице! Этим стоит восхищаться в человеке, правда?

Как-то раз — вероятнее всего, зимой 1989 года — Майкл выполнял свою Lego-миссию во время сноса Берлинской стены. Так что мой друг видел своими глазами исторический момент, но просто стать свидетелем было не в стиле Элига. Он, как всегда, тут же захотел оказаться на сцене.

Я уверен, что большая часть перебиравшихся в Западный Берлин граждан были честными, хорошими людьми, но Майкл заметил нескольких аморальных юных жителей восточной части города, болтавшихся вдоль границы, желавших стать частью мира капиталистического изобилия. 

Наркотики! Секс! Деньги! Слава! Они были готовы на всё, чтобы забыть своё мрачное прошлое.

Конечно же, Майкл выцепил одного такого — молоденького, ещё сопливого мальчика — вытащил куда-то, накормил наркотиками и показал массу возможностей, которые был готов предложить мир предводителя Club Kids. Он решил взять парня в Нью-Йорк и дать ему работу в Limelight.

А потом родилась идея… Если все эти горячие, похотливые и крайне предприимчивые мальчики хотели выбраться из Германии, жрать наркотики, веселиться, и им было наплевать, с кем трахаться, чтобы этого добиться... Майкл знал массу богатых старых рептилий, которым крайне бы хотелось заполучить голенького ГДР-овца, и они не обращали бы внимания на некоторое недопонимание и случайную клептоманию... Так что же могло быть лучше, чем заняться налаживанием дипломатических контактов между сторонами? План был таков: эти проститутки попадают в Америку и живут у мужчин со связями, которые в благодарность с радостью покрывают некоторые тёмные стороны дела. Win!

Майкл и его блядовитый дружок взяли фотографии и номера телефонов у массы поклонников дьявольской западной цивилизации, но вскоре после возвращения в США эта история превратилась в безумный наркоклептокошмар. Майклу и Кеоки пришлось дать своему Восточному Берлинцу пинка под зад. Мальчик тут же продал обратный билет, который мудро был приобретён для него заранее, купил кучу наркотиков и исчез навсегда.

Техническое обеспечение плана Элига было не меньшим кошмаром. Очень немногие на него повелись — проблемы с визами и так далее. Один несчастный попытал счастья, но сильно на этом погорел.

Всё это говорит о следующем: для Майкла именно идея — а не её воплощение — имела значение».

Вызывающие наряды и поведение членов Club Kids заинтересовали телевидение. Лидер движения и его друзья стали гостями крайне популярных тогда в США ток-шоу Джоан Риверз и Фила Донахью. «Каждый раз мы репетировали перед выходом, чтобы попытаться произвести впечатление, будто нам скучно, и спародировать поверхностных знаменитостей, — вспоминает Элиг. — Это были карикатурные образы, но многие люди не поняли юмор. Они возненавидели нас». Несмотря на возмущение части общества, экстравагантные создания стали иконами тинейджеров по всей Америке. Club Kids обрели общенациональную славу. Подростки со всей страны переезжали в Нью-Йорк, мечтая оказаться в волшебном мире, созданном Майклом. «Изначально это явление было наполнено красотой и любовью. Мы помогали униженным и отвергнутым верить в себя», — заявляет он спустя годы.

Популярность вечеринок Элига росла с каждым днём. Когда Limelight уже не мог вместить всех желающих попасть на события, организованные модным промоутером, Майкл начал работу по расширению зоны комфорта разукрашенных эксцентриков и совместно с Гейшном открыл новый клуб USA. После появления этого места силы лидер движения решил в каждом крупном городе по результатам кастинга, похожего на испытание «Золотой билет» из «Вилли Вонки», выбирать двух самых удивительных людей и приглашать их в Нью-Йорк. Многие из звёзд клубного Манхэттена обрели новый дом благодаря этой идее.

Джеймс Сент-Джеймс пишет о путешествиях Club Kids. «Элига часто просили устраивать вечеринки в разных местах по всей стране. Он тут же собирал целую кучу драгдилеров, хватал парочку симпатичных бруклинских парней — и вперёд! Майкл сажал всех в самолёт, наряжал в платьица, иногда даже приклеивал клоунские носы, а потом подсовывал тамошней публике под видом „Королей ночного Нью-Йорка“. „Как, ты сказал, тебя зовут?“ — спросил он однажды шёпотом у незнакомого мальчика, как только они попали в клуб. — „Мэтт“. — „О... э-э-э... это Маттс Липстик, — громко крикнул Элиг владельцу. — Одна из суперзвёзд Нью-Йорка“. Они были в восторге! Удивительно, но после одного или двух таких визитов почти в каждом большом городе желающих ходить на вечеринки становилось всё больше. Естественно, все они хотели быть, как легендарный „Маттс Липстик“».

Майкл утверждает, что никогда не чувствовал себя на вершине успеха, однако в начале девяностых Club Kids были настоящими звёздами. На разных уровнях с ними работали семьсот пятьдесят человек. «Питер по первому щелчку давал нам всё, что мы хотели, и теперь я хочу пнуть себя под зад за упущенные возможности», — с печалью констатирует создатель движения. Однажды Гейшн предложил промоутеру соорудить для вечеринки в Limelight декорации со скрытыми лестницами и комнатами. Они построили гигантский карточный домик. Конструкция была создана бессистемно, чтобы у посетителей возникло впечатление, будто она разваливается. Все шутили тогда: «Твой карточный домик вот-вот рухнет, Майкл», — и это оказалось правдой.

Падение

Олдскульный фильм ужасов «Кровавый пир» начинается со сцены, в которой убийца подкрадывается к лежащей в ванне девушке, закалывает её ножом и отрезает ногу. Старомодная лента вдохновила создателя Club Kids на одноимённую вечеринку, прошедшую в марте 1995 года. На постере подруга промоутера, нью-йоркская фрикесса Джениталия, поедает его мозг, рядом со вскрытым черепом лежит молоток, а чуть выше кровью написана фраза «Отрезанные ноги!» По странному стечению обстоятельств через год Элиг совершил ряд кошмарных злодеяний, в которых также фигурировали труп в ванной, молоток и отрезанные ноги.

«Как ни странно, изначально я был против наркотиков. Меня наполняла ненависть всякий раз, когда Кеоки употреблял кокаин. Обычно, находя его в карманах своего друга, я просто смывал всё в унитаз, но один раз, обнаружив тайник, насыпал наркотик на тыльную сторону руки и снюхал. Эгоистичный поступок, — признаётся Майкл. — Я сказал ему: „Как ты себя чувствуешь? Твоя зависимость уже посягает на наши отношения! Смотри, теперь я тоже наркоман!“»

Не потребовалось много времени, прежде чем жизнь Элига понеслась под откос. Запрещённые вещества и чрезмерность в поступках привели Майкла в больницу после двух передозировок. Что касается его клубной карьеры, это было начало конца. Наркотики стремительно разрушали мир Club Kids. Вечеринки «Неотложка», запущенные в 1992 году, по словам промоутера, изначально представляли собой ожившую карикатуру с гигантскими иглами для подкожных инъекций и капельницами с кокаином, воспринимаемую всеми участниками как игру, но со временем стали собирать вокруг себя публику, для которой они были исключительно поводом для употребления запрещённых веществ. «Эти вечеринки были запущены как ежемесячные, но стали настолько популярны, что мы приняли решение проводить их раз в неделю, потом три. В конце концов „Неотложка“ поглотила все четыре клуба. Проблема заключалась в том, что появилась массовая идея: „Я приду на вечеринку, только если смогу бесплатно обдолбаться“».

В конце 1995 года DEA (Управление по борьбе с наркотиками) заинтересовалось происходившим в клубах Гейшна. Limelight неоднократно оказывался под угрозой закрытия.

«Если честно, мы платили дилерам по 200 долларов за ночь»
© Майкл

Часто психотропные вещества на вечеринках Элига продавали посетители, в основном трансвеститы, которые делали это, чтобы заработать на свои собственные наркотические пристрастия. Одним из дилеров был Андре Ангел Мелендез — двадцатипятилетний член Club Kids, получивший прозвище благодаря костюму с большими белыми крыльями за спиной, в котором он регулярно появлялся на вечеринках. Дилер жил в Квинсе, но иногда, по выходным, оставался в квартире Элига на Манхэттене. «Андре был хорошим парнем, но мы смотрели на него сверху вниз, потому что Мелендез был частью тусовки Webster Hall (известный в Нью-Йорке ночной клуб), которая считалась в нашем кругу второсортной», — вспоминает Майкл. Джеймс Сент-Джеймс иначе отзывался о нём: «Я подразумевал, ну, в общем, был уверен, что Ангел продавал наркотики. О, этот мальчик был самым плохим королём дилеров. Он всегда хотел деньги за товар. Я избегал Ангела подобно чуме, что, конечно, было нелегко. Он появлялся в клубах, словно был наместником бога, с парой грязных, старых белых крыльев, которые всегда сбивали с меня парик или проливали выпивку. О, этот дилер был ходячим кошмаром!»

Если верить автобиографии Элига, однажды, в середине марта 1996 года, он узнал, что субботним вечером DEA планирует устроить облаву на его клубы, чтобы арестовать дилеров и попытаться убедить их дать показания против Гейшна. Майкл обзвонил торговцев и предупредил об угрозе. Несмотря на это, в два часа ночи Мелендез в компании друзей появился у дверей Limelight и потребовал отдать деньги, которые он хранил в сейфе клуба, но из-за угрозы со стороны DEA охрана отказалась пустить его. В десять утра Андре появился в квартире Майкла, где, пребывая в компании друзей, члена Club Kids Роберта Фриза Риггса и сына писателя Пола Остера — Дэниэла, лидер движения переживал последствия четырёхдневного наркотического марафона. Мелендез потребовал вернуть деньги, но Фриз начал насмехаться над ним. В результате завязалась потасовка, в ходе которой Андре толкнул Элига на шкаф, после чего Фриз схватил молоток и ударил Мелендеза деревянной ручкой. Дилер упал на пол. Майкл и Фриз сели на него сверху, и, обернув рубашку вокруг руки, Элиг начал давить на лицо Мелендеза, пока тот не перестал дёргаться. Находившиеся в квартире положили тело на диван, думая, что Андре потерял сознание, но через несколько часов поняли: дилер мёртв. По словам Элига, он плохо помнит происходившее в последующие дни. Майкл пишет, что они положили тело Мелендеза в ванну со льдом и залили жидкостью для очистки труб. Спустя примерно десять дней труп начал разлагаться и испускать всё усиливающийся тошнотворный запах. Предварительно распылив аромат Eternity от Calvin Klein, Майкл и Фриз расчленили тело, бросили ноги в мешок, туловище и голову — в коробку от телевизора, после чего, около четырёх часов утра выбросили в Гудзон.

«Меня беспокоит, когда люди называют это убийством. То, что произошло тогда, не было сделано преднамеренно. Никто не просыпался со словами: „Давайте грохнем Ангела сегодня“ — по-моему, есть огромная разница», — заявил Элиг спустя восемнадцать лет после убийства. На вопрос, в чём различие, Майкл ответил: «Что-то может быть прощено, но кое-что — никогда».

Элиг утверждает, что они не вызвали скорую или полицию из-за паники, вызванной чрезмерным количеством употреблённых наркотиков и людей, работавших в системе, сложившейся вокруг Club Kids и Гейшна. В случае возникновения проблем сотни человек могли потерять работу. Однако он не делал тайны из произошедшего. «Я убил Ангела. Отправил его на небеса. — прямо заявлял Майкл своим собеседникам.  — Меня пугала не столько тюрьма, сколько перспектива попадания в ад; возможно, поэтому я признался некоторым людям в содеянном». По Нью-Йорку поползли слухи, но, несмотря на это, создателю Club Kids удалось организовать несколько вечеринок, некоторые их них обыгрывали тему убийства. Если верить городской легенде и Guardian, однажды он явился в клуб с надписью «Guilty» («Виновен») на лбу.

В своей колонке для Village of Voice журналист Майкл Масто намекнул на таинственную пропажу члена Club Kids. Там же Фрэнк Оуэн выпустил полноценное расследование на эту тему с указанием имён.

В августе 1996-го Элиг попытался сдаться полиции, но никто не воспринял его признание всерьёз. «Они думали, что это моя очередная экстравагантная выходка или какой-то перформанс».

Брат Ангела, Джонни, прибыл в Нью-Йорк, надеясь ускорить ход поисков. Возмущённый бездействием полиции, он ходил по городу и раздавал прохожим листовки с фотографией Андре, надеясь, что кто-то сможет пролить свет на тайну исчезновения его родственника. Если бы фрагменты тела Мелендеза утонули в водах Гудзона, возможно, никто не узнал бы о том, что действительно произошло с драгдилером, но 12 апреля 1996 года его останки в коробке были выброшены на берег Статен-Айленда.

Четвёртого декабря Майкл и его бойфренд, драгдилер Брайан, сидели в номере провинциального отеля на территории штата Нью-Джерси и смотрели «Самые смешные домашние видео Америки», когда в дверь постучали. «Мы знаем, что никто не хотел убивать Андре, но от этого уже не сбежать. Кто-то должен заплатить», — сказал Элигу после ареста окружной прокурор Родригес. Сотрудники полиции позволили Майклу взять с собой героин. «У тебя есть гораздо более серьёзные проблемы, чем пара мешков с наркотиками», — грустно пошутил один из офицеров.

На момент убийства Мелендеза Club Kids на полном ходу неслись навстречу закату своей золотой эры. По словам Джеймса Сент-Джеймса, начиная примерно с 1993 года их вечеринки стремительно теряли былую атмосферу и с каждым разом становились всё более тухлыми, напоминая ему времена заката Studio 54, а Майкл и другие члены движения превратились в кучку развращённых деньгами и славой падших наркоманов.

Путь, избранный Элигом, увёл его далеко в сторону от оглушительного успеха. Ещё находясь на свободе, он пытался преодолеть наркотическую зависимость, отправившись на лечение в клинику далеко от Нью-Йорка, но уже через неделю вереницы драгдилеров доставляли туда заказанный Майклом героин. На суде популярный промоутер предстал перед присяжными в сползших брюках, из-под которых выглядывали трусы, а в его ботинках не было шнурков. Яркие зелёные волосы подсудимого были единственным напоминанием для собравшихся о том, что перед ними стоит создатель Club Kids.

Майкл Элиг и Роберт «Фриз» Риггс признали себя виновными в непредумышленном убийстве и получили от десяти до двадцати лет лишения свободы. Самый таинственный участник этой истории, Дэниэл Остер, был обвинён в краже у Мелендеза 3 000 долларов и приговорён в 1998 году к условному сроку в пять лет. «Его отец Пол дружил с прокурором, который вёл дело, — рассказывает Элиг. — Он выслал Дэниэла из страны и отказался вернуть, пока не получит гарантии того, что сын будет приговорён к испытательному сроку вместо тюремного заключения. Я не разговаривал с Остером-младшим с тех пор. Скорее всего, Дэниэл уверен в том, что мы с Фризом злы на него, ведь он избежал заключения, однако это не так. Мы не держим обиды, несмотря ни на что».

Риггс вышел на свободу в 2010 году. Насколько известно Майклу, сейчас он занимается получением научной степени в университете. Босс Майкла, Питер Гейшн, также имел серьёзные проблемы с законом. В результате он был депортирован в Канаду, где живёт и сегодня.

Долгий путь домой

Оказавшись в тюрьме под аккомпанемент девяностых, Элиг вернулся на свободу в 2014-м. Подобно герою популярного сериала, шагнувшему под песню Дэвида Боуи из аналоговых семидесятых в цифровую, техногенную Вселенную нулевых, Элиг попал в другой мир. Бумагу и ламповые телевизоры сменили планшеты и плазменные панели, а рок-группы в эфире MTV уступили место в сознании подростков звёздам-однодневкам, прославившимся благодаря YouTube и почти воплотившим в жизнь предсказание Энди Уорхола о пятнадцати минутах славы для каждого. Майкл имел очень приблизительное представление о жизни за пределами тюремных территорий; так, например, о терактах одиннадцатого сентября он узнал лишь через неделю после произошедшего. Несмотря на то, что ближе к концу заключения у Элига появился твиттер, который вёл по обоюдной договорённости другой человек, создатель Club Kids был лишён возможности регулярно пользоваться мобильной связью и, находясь в практически полной изоляции от внешнего мира, имел крайне смутное представление об интернете. За день до выхода на свободу он составил список из десяти запросов, которые захотел ввести в поисковую строку Google. «Как мне казалось, найти что-то из него будет невозможно, но теперь каждый человек в состоянии получить абсолютно любую информацию: мало того что в сети есть новое видео Ру-Пола (бывший член Club Kids, популярный сегодня шоумен), я посмотрел, как он приезжает в Нью-Йорк тридцать лет назад и приходит ко мне. Это безумие! Там есть то, чего я даже не помню!» — восхищался Майкл могуществом Сети.

Тюрьма стала тяжёлым испытанием для Элига. На рубеже веков Майкла перевели в колонию Саутпорт, ставшую самым страшным местом в его жизни. «Если оно чем-то и славится, то разве что метанием мочой и дерьмом между заключёнными», — говорил Майкл в интервью NY Mag. Находясь за решёткой, он продолжил употреблять наркотики. Десять лет попыток оставить в прошлом пристрастие к героину сменялись повторными провалами. Это продолжалось до марта 2009 года. «Достаточно значит достаточно», — решил тогда Элиг и спустя четыре года терапии победил зависимость.

В общей сумме Майкл провёл в заключении семнадцать лет. Отбывая наказание, создатель Club Kids начал выражать себя через искусство, написав двести шестьдесят уорхолоподобных портретов друзей и часть книги мемуаров под рабочим названием «Aligula». По словам бывшего короля вечеринок, он переосмыслил свою жизнь и полностью изменился, «Оглядываясь на восемнадцать лет назад, вспоминая себя тогда, я не испытываю других чувств, кроме стыда и отвращения — эгоистичный наркоман, который убил человека — но теперь я совсем другой», — заявил Элиг.

Невероятная история создателя Club Kids — его удивительного восхождения и страшного падения — вышла далеко за пределы городских легенд Нью-Йорка, став частью не только американской, но и мировой поп-культуры. Самым популярным актом в мире искусства на эту тему стал вышедший в 2003 году фильм «Party Monster» (в России можно встретить также под названием «Клубная мания»), в котором создателя Club Kids сыграл Маколей Калкин. Во время подготовки к роли актёр навестил прототипа. «Нужно иметь в виду, что художественное кино не является отражением реальности, — начинает Майкл рассказ об отличиях фильма от происходивших в действительности событий. — Продюсеры поставили Маколею задачу сыграть как можно более гротескно, и в итоге его „Элиг“ не сильно похож на меня. Помимо этого создатели объединили многих людей в собирательных персонажей, например, сразу трёх моих боссов они скомбинировали в одном герое — Питере Гейшне. Также очень важным отличием является то, что в реальности моей лучшей подружкой была Джени, но Джитси умерла от передозировки героина, и продюсеры, посчитав сюжетную линию с такой развязкой более драматичной, вывели её на передний план». В интервью Rolling Stone Элиг утверждал, что сцена преступления также показана ошибочно. «В фильме Фриз ударил Ангела металлической частью молотка, лилась кровь, но в реальности это было не так».

Майкл покинул тюрьму 5 мая 2014 года. Группа друзей, журналист The New York Times, «литературный призрак», сотрудничавший с создателем Club Kids в написании мемуаров, и две съёмочные группы стали свидетелями его первых мгновений на свободе. По дороге в Нью-Йорк, облизывая стаканчик кофе из Starbucks, Майкл сделал первое селфи. «Кому нужен кокс, когда можно получить кофеиновый удар от двойного эспрессо #drugfree?» — твиттнул он в вечность. Глядя в окно фургона, Элиг смотрел на изменившийся Манхэттен, с трудом узнавая город, который много лет назад стал свидетелем его славы и падения. Роскошные небоскрёбы и плоды урбанизации преобразили Нью-Йорк. Майкл удивлялся велодорожкам: «Боже, теперь я должен начать кататься!» Репортёры TMZ следовали за создателем Club Kids через весь Вест-Виллидж. В первые дни после его освобождения практически все крупные американские СМИ осветили эту тему. «Не думаю, что такое внимание я получил из-за убийства. Уверен, источником интереса стали проекты, созданные мной раньше, но всё же это очень неожиданно», — рассуждает Элиг.

Майкл Элиг

Жизнь Майкла после освобождения наполнена приключениями: съёмки в малобюджетных фильмах, арест в аэропорту Техаса и проблемы с полицией из-за странного вещества, найденного при ночном обыске в парке, уже вошли в длинный список его деяний. Кроме того, Элиг не стал себя сдерживать и заново окунулся в мир ночного Нью-Йорка. По понедельникам совместно с бывшим бойфрендом DJ Keoki он устраивает вечеринки «Outrage», на которых, вновь осыпая мир блёстками и стразами, пытается воскресить атмосферу времён Club Kids. Далеко не все рады возвращению промоутера: звезда девяностых регулярно получает через сеть гневные сообщения и даже угрозы в свой адрес. «Я познакомилась с Майклом на фотосессии, — вспоминает для “Батеньки” живущая в Нью-Йорке российская артистка Катя Ли. — Это была настоящая вечеринка! Всюду меня окружали какие-то безумные фрики, дым коромыслом, DJ Keoki за пультом. Я была на многих фотосессиях, но так круто не было никогда! В какой-то момент ко мне подошёл милый парень с двумя парами очков на носу. „Вот это моя любимая“, — заявил он. Это был Майкл Элиг. На момент нашего знакомства я впервые услышала его имя. Только позже, прочитав статью в Википедии, узнала о вечеринках Майкла, Club Kids и убийстве. То, что сделал Элиг — ужасно, но, я думаю, люди меняются, а за семнадцать лет уж точно. Майкл показался мне очень приятным и добрым человеком. Вечером после нашего знакомства он прислал СМС, поблагодарил за участие и даже пригласил меня выступить на вечеринке».

Для пятидесятилетнего джентльмена, прошедшего через годы наркотической зависимости и жизни в тюрьмах, Элиг выглядит удивительно молодо. Находясь в заключении, он встретил профессионального фитнес-тренера, который помог ему набрать хорошую форму в обмен на полезные знакомства в Нью-Йорке после освобождения. Внешность и стиль Майкла в последние годы выдают в нём абсолютного кидалта. Он ходит по городу в очках в толстой оправе на носу и носит футболки с дурацкими надписями. «CALL MY AGENT» («Позвоните моему агенту») — написано на одной из них. В таком виде создатель Club Kids однажды появился в эфире CNN.

Рассказывая о своих сегодняшних проектах, главный герой этой истории констатирует: «Я завален делами». Помимо вечеринок «Outrage» он вовлечён в массу стартапов — это линия одежды ScroddleFace, онлайн-армия странных людей ScroddleSquad, арт-коллектив The Super Genius Reform School, а также YouTube канал Peeew. Вместе с этим Майкл параллельно работает над несколькими сценариями, дописывает мемуары и организовывает промоушен для фильма Party Monster 2. «Да, пока рано говорить о каких-то впечатляющих результатах, но уже сам факт, что я свободен и снова могу воплощать свои идеи, полностью меня удовлетворяет», — подводит промежуточные итоги Элиг.

***

Если набрать в Google «Club Kids», популярный поисковик выдаст огромное количество страниц: статьи в Википедии, видео на YouTube, блоги в Tumblr, различные сайты, даже парочка полуживых пабликов «ВКонтакте». История разукрашенных созданий и их противоречивого фронтмена продолжает притягивать к себе и завораживать огромное количество людей по всему миру, многие из которых во времена нахождения Club Kids на пике их славы даже не родились. «Я думаю, причина, по которой тинейджерам сегодня интересно то, что мы делали в девяностые — это огромное количество правил в современном мире, — рассуждает в интервью «Батеньке» Эрни Глэм Гарсия, бывший член Club Kids, партнёр Элига по каналу Peeew и автор книги «69 Hangovers: New York City Nightclubbing in 2016». — Нью-Йорк начала девяностых был гораздо более свободным, по сравнению с городом нашего времени: тогда он был более безумным. Если сегодня вы захотите организовать нелегальную вечеринку в парке с алкоголем, полиция прибудет уже через три минуты. В нынешнюю эпоху тяжело сделать что-то весёлое без специального разрешения. Также играет роль то, что Club Kids появились до наступления эры смартфонов, Facebook и Instagram. Большинство людей на вечеринках Майкла могли вести себя, как им вздумается — без страха, что кто-то сфотографирует или снимет их на видео. В этом смысле нынешнее поколение тинейджеров менее независимо. Эпоха Club Kids воспринимается ими как время, когда их ровесники имели гораздо больше свободы. Наконец, в конце восьмидесятых — середине девяностых многие клубы в Нью-Йорке тратили огромные деньги на вечеринки. Сейчас они гораздо более сдержанны в расходах. В наше время существует сильная ностальгия по той экстравагантности, которой нет сегодня». Рассуждая о своей нынешней популярности, Элиг предполагает, что Club Kids интересны людям как, возможно, последняя субкультура, родившаяся в Нью-Йорке. «Сегодня идея, которая расцветает на Манхэттене, благодаря интернету тут же становится доступна тинейджерам в Канзасе. Ни о каких субкультурах в современном мире не может быть и речи, потому что явлениям такого типа нужно время, чтобы прорасти и развиться. Сеть уничтожила все секреты и перевернула смысл слова „underground“ с ног на голову».

ДОБАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

comments powered by HyperComments

Больше?

Пиар и пропаганда

Сергей Жданов
Создатель понятия PR Эдвард Бернейс прожил сто четыре года и создал мир, в котором вы вынуждены покупать новый айфон, как только он выходит

Хтоническая любовь Бабы-яги

Сергей Жданов
Ремень из спинной кожи, пироги с младенцами и собственные поминки: что делать при встрече с Бабой-ягой?

Английский денди на шабаше ведьм

Сергей Жданов
Альпинизм, гедонизм и магия — что общего? Зачем называть мастурбацию жертвоприношением младенца? Ответ — Алистер Кроули, аристократ и наркоман

По следам старого козла

Сергей Жданов
Кто терпит порку, кто выпивает бутылку пива в три глотка, кто великий поэт — тот Чарльз Буковски…

Путешествие длиною в четырнадцать реинкарнаций

Сергей Жданов
Четырнадцать воплощений Далай-ламы, политические интриги Тибета и пошаговый путь к нирване

Линч, иди со мной

Сергей Жданов
Отправились изучать глубины головы Дэвида Линча: женщина в беде, лампы из глины, фотоальбомы о гигиене полости рта, экспозиции из салфеток