«50»: Ричард Первый, король рок-н-ролла
Коллаж: Bojemoi!
13 октября 2017

freedom

Исследование
«Рабство»

Элвис Пресли стал звездой, копируя и перепевая этого чёрного музыканта. Джеймс Браун повторял его выступления и даже выдавал себя за него. Его песня «Tutti Frutti» показалась Дэвиду Боуи исполненной голосом бога, а Кит Ричардс говорил, что она будто сделала мир из чёрно-белого цветным. Пианист Реджинальд Дуайт, выступив у этого музыканта на разогреве, сменил своё имя и стал Элтоном Джоном. Боб Дилан и Фредди Меркьюри начинали свою музыкальную карьеру с каверов на его песни, а Лу Рид и Патти Смит решили стать рок-музыкантами под его влиянием. Рассказываем историю восхождения к славе и величию первого Короля рок-н-ролла.

Лева Пенниман стала матерью в пятнадцать. Ей было семнадцать, когда 5 декабря 1932 года она родила третьего, будущего короля рок-н-ролла Ричарда Уэйна Пеннимана. Всего у Левы и Бада Пенниманов было двенадцать отпрысков. Бад Пенниман был сыном священника и дьяконом в церкви и неплохо зарабатывал торговлей самогоном во времена Сухого закона. Неоднократно сталкиваясь с полицией, он всегда выходил сухим из воды. Алкоголь он закапывал под газоном у пожилой соседки, а чтобы его точно никто не сдал, хорошо помогал деньгами всей чернокожей общине. Семья Пенниманов не была зажиточной, но и никогда не бедствовала.

Ричард родился с одной ногой короче другой и всё детство терпел из-за этого насмешки братьев и сверстников. Но терпилой он отнюдь не был и компенсировал дефект озорством и даже хулиганством. Его постоянно дубасили за проделки — но если бы ему доставалось за всё, он не пережил бы детства. Однажды маленький Ричард аккуратно завернул свою какашку в подарочную упаковку, с видом ангелочка пришёл на день рождения к старушке-соседке и вручил ей подарок. Когда именинница с гордостью развернула подарок перед подружками, Ричард дал дёру, испытывая невообразимое удовольствие. В другой раз, помогая маме по кухне, он подсунул экскременты в коробку с желе. Его, конечно, побили, но зато навсегда освободили от обязанностей по дому.

Ричард очень любил свою маму и хотел быть на неё похожим. Когда она не видела, он надевал её платья и наносил макияж, придя к выводу, что очень зря родился мальчиком — лучше бы девочкой. Желание быть девочкой усилилось, когда он влюбился в друга своего брата. И хотя девственность Ричард потерял со взрослой женщиной, ему не особенно это понравилось. Тогда случился его первый контакт с мужчиной. Это был друг семьи, которого все звали Мадам Уп за его открытый гомосексуализм. Мадам Уп платил мужчинам за то, чтобы они разрешили ему сделать им минет. Когда Ричард узнал, что можно заработать деньжат, то, хотя ему не понравилась эта идея, деньги оказались дороже.

Религиозность афроамериканцев всегда была крепко завязана на музыке. На службах в церквях, в церковных кружках, в воскресных школах — везде звучала музыка и пение. Ричард начал петь госпелы группе для детей, которую организовала старушка Ма Свити. По средам он и его братья приходили к ней и пели отрывки из Библии, молитвы и гимны. Их пение слышалось на три квартала вокруг. Никто не играл на инструментах, аккомпанировали простыми притопами и прихлопами. Пение сопровождало людей во всех их бытовых делах: кто-то подметал двор и начинал петь «Sometimes I feel like a motherless child», соседи подхватывали — и вот уже вся улица хором пела очередной церковный гимн. Ричард бегал по городу и подпевал всем на пределе своих возможностей: ему нравилось не просто петь, а кричать изо всех сил. Вся семья Ричарда тоже выступала как группа Penniman Singers. Они пели в церквях и участвовали в так называемых госпел-баттлах с другими семьями-группами. Ричарда называли Боевым Ястребом, потому что громкостью своего тонкого голоса он мешал петь остальным участникам хора.

Ричард хотел быть священником и в десять лет даже подрабатывал целителем. Он приходил к больным, пел молитву, накладывал на них руки и с лукавой улыбкой брал плату, а людей немного отпускала их болезнь. Но основным заработком Ричарда была продажа кока-колы на концертах. Именно там он впервые услышал лучших музыкантов того времени и познакомился со своей любимой исполнительницей, основоположницей рок-н-ролла Сестрой Розеттой Тарп. Однажды перед её выступлением Ричард демонстративно запел одну из её песен, потом другую. Розетта оценила его попытки и предложила спеть этим вечером вместе с ней. Так он заработал свои первые деньги музыкой: 35 долларов — целое состояние для мальчугана. Члены чернокожей общины в Америке старались помогать друг другу: тяжёлые условия и расовая дискриминация маргинализировали негров в США — но одновременно и сплачивали их. Несмотря на то, что Ричард очень плохо учился в школе (которую так и не закончил), его музыкальные способности признали и стали обучать его игре на саксофоне, а затем взяли в школьную группу.

Гомосексуальные наклонности Ричарда прогрессировали с возрастом. Это очень расстраивало его отца: «У моего отца было семь сыновей, и я хотел семь сыновей. Ты всё испортил! Ты только наполовину сын!» — стенал отец и бил Ричарда. Но тот ничего не мог с собой поделать. В четырнадцать лет он ушёл из дома и стал путешествующим музыкантом, понемногу набирая популярность, пока не оказался в водевильном шоу Шугарфут Сэма. Там он впервые выступил в качестве девушки — одна из певиц заболела, и Ричарда поставили на замену. Он надел платье и нанёс макияж, а так как на каблуках ходить не умел, его просто поставили перед микрофоном, занавес поднялся, Ричард спел высоким голосом — и занавес опустился, чтобы ему не пришлось сделать и шага на глазах у публики. Потом Ричард присоединился к другому водевилю и снова выступал в качестве женщины — в этом шоу многие мужчины переодевались в женщин. Он становился частью гей-комьюнити, и всё больше людей признавали его музыкальные способности

Расцвет ранней карьеры застал его в Атлантик-сити, где Ричард успешно выступал каждую ночь, хотя и без платья, но с макияжем, который впоследствии стал его коронной фишкой. Ричард гордился тем, что пользовался макияжем задолго до того, как это стало общим местом для мужчин в американском шоу-бизнесе. В Атлантик-сити Ричард впервые записал свою музыку в студии и одна из песен, «Every Hour», стала местным хитом на радио. Однако это не принесло ему ожидаемой славы, так как вскоре старший товарищ по цеху, Ли Магид, записал свою версию песни Ричарда с теми же музыкантами и полным плагиатом вокала, назвав её «Every Evening». Версия Магида затмила оригинал Ричарда. В расстроенных чувствах он вернулся в родной город к родителям.

Ричард продолжал выступать и однажды познакомился с музыкантом-геем, которого звали Эскерита. Эскерита научил Ричарда играть на пианино — и этот навык сделал Ричарда цельным музыкантом. У Эскериты были громадные руки, которыми он лупил по клавишам пианино, выдавая крайне глубокий и мощный звук. Ричарду, который пел очень громко, понравилась такая же громкая игра на пианино, и эта звуковая избыточность стала его коронной фишкой.

Отец, отвергавший Ричарда за его сексуальные наклонности, со временем стал признавать талант сына и даже начал им гордиться — каждый вечер он включал в музыкальном автомате пластинку сына. Однажды в баре случилась потасовка, и отца Ричарда застрелили. Убийцу так и не посадили в тюрьму, так как у семьи не было денег на адвоката, а Ричарду пришлось стать кормильцем семьи.

Каждый вечер напомаженный эксцентричный Ричард давал концерты в клубах, начиная выступления со слов: «Это Литл Ричард, Король блюза», — а потом добавлял: «И Королева тоже». К двадцати одному году Ричард стал уверенным в себе музыкантом, записал несколько песен, которые, впрочем, провалились в хит-парадах — и ждал возможности выстрелить по полной. Менеджер Ричарда устроил ему гастроли, но сказал, что для полного счастья ему нужно обзавестись группой. Ричард нашёл барабанщика и двух саксофонистов. Так появилась группа The Upsetters, с которой карьера Ричарда взлетела на новый уровень. Он получил признание других музыкантов и любовь публики. Всё ещё играя блюз, он начал нащупывать звучание, впоследствии ставшее рок-н-роллом. Одной из песен, которые Ричард написал в то время, была «Tutti Frutti»: она стала краеугольным камнем рок-н-ролла. Первоначально текст этой песни откровенно обыгрывал гомосексуальную любовь: «Тутти Фрутти — хорошая попка: если не влезает, не толкай — нужно смазать, чтоб было проще» («Tutti Frutti good booty — if it don't fit don't force it — you can grease it, make it easy»).

Успех Ричарда позволил ему не только накормить семью, но и купить чёрный кадиллак и начать вести достойный начинающей звезды образ жизни. Он не пил и не курил в то время, но зато в сексуальной жизни вёл себя крайне эксцентрично. Ричард был вуайеристом и часто заводил себе подружек, просто чтобы смотреть, как они занимаются сексом с другими мужчинами. Одна из его подруг садилась в его машину, раздвигала ноги, и они колесили по городу в поисках охочих мужчин. Однажды в таком виде они столкнулись на заправке с копами. Ричарда арестовали и посадили в тюрьму. На суде адвокат добился освобождения Ричарда словами: «Этот ниггер уедет из города и никогда больше здесь не покажется». Судьба вытолкнула Ричарда из родных мест и заставила его с новым энтузиазмом заняться своей карьерой.

Вторая мировая война привела из провинции в крупные города несколько миллионов афроамериканцев: индустриальная машина работала на полном ходу, и заводам нужны были рабочие руки. Афроамериканцы обрели приличную по тем временам работу и зарплаты, часть из которых они хотели тратить на развлечения. Однако в обществе всё ещё сохранялась сегрегация: чёрных не пускали в театры, концертные залы и во многие ночные клубы. Чёрные хотели слышать музыку от чёрных, поэтому спрос на темнокожих музыкантов рос день ото дня, образовывались отдельные музыкальные лейблы. Их владельцами всё равно были белые, специализировавшиеся на чёрной музыке. Одним из таких лейблов был Specialty Records в Голливуде. Музыкант по имени Бампс Блэквелл работал на Specialty и искал талантливых чернокожих музыкантов по всей стране, отслушивая сотни демо-записей. Он должен был найти аналог Рэя Чарльза, начинающей звезды с лейбла Atlantic Records. Ему в руки попала демо-запись Литл Ричарда: он не был похож на Рэя Чарльза, но всё же запал Бампу в душу. Бамп попытался убедить руководство, что Ричард — звёздный материал и нужно как можно скорее его записать, однако руководство сильно сомневалось. Тогда в дело вступил сам Ричард: он начал каждые два дня звонить на студию и терроризировать менеджмент вопросом «когда вы меня запишете?» После семи месяцев уговоров лейбл сдался и решил записать альбом. Так появилась одна из самых важных записей в истории музыки двадцатого века — альбом 1957 года «Here's Little Richard».

На момент записи первого альбома Ричард уже был знаменит своими выступлениями, однако оказалось, что без публики он не может петь так же хорошо. Первую половину шестичасовой студийной сессии Ричард отыграл без особого энтузиазма. Во время перерыва вся команда пошла обедать в бар, где стояло пианино. И там Ричард, воодушевлённый наличием зрителей, вдруг заиграл совсем иначе и спел песню, которой не должно было быть на первом альбоме — «Tutti Frutti». Продюсер Ричарда пришёл в неописуемый восторг и понял, что это тот самый хит, который может сделать запись золотой. Проблема была только в словах: они были слишком скабрезными для радио того времени. Так что продюсер отдал листок со словами на доработку юной девушке Дороти Ла Бостри — она нуждалась в деньгах и подрабатывала на студии. За пятнадцать минут до окончания студийной сессии Дороти вернулась с переписанной песней. Ричард отказывался петь, потому что после шести часов у него уже срывался голос. Но менеджер настоял. Родилась «Tutti Frutti», какой мы знаем её сегодня.

За запись альбома Ричард получил 600 долларов. От продажи каждой копии по стандартным контрактам для чернокожих музыкантов того времени исполнитель получал один процент от девяноста процентов стоимости пластинки. Однако контракт Ричарда урезал его гонорар вдвое: за каждую проданную пластинку Ричард получал позорные полцента.

«Трагедией для чернокожих в шоу-бизнесе того времени было то, что, как и я, большинство исполнителей были молодыми, неопытными и необразованными. Мы просто хотели уехать из родительского дома, попутешествовать по стране. Так что нас эксплуатировали, нами злоупотребляли, нас обманывали и просто обдирали звукозаписывающие компании и менеджмент, который быстро понял, какие деньги можно заработать в раннюю эру рок-н-ролла».

Литл Ричард

«Tutti Frutti» стала безупречным хитом в чартах музыки для чёрных, однако это не принесло Ричарду особых денег. Более того, песню беззастенчиво перепели два начинающих белых исполнителя — Пэт Бун и Элвис Пресли. Им она мгновенно принесла миллионы и безумную славу.

И всё же Ричард становился популярнее и богател. Несмотря на то, что за пластинки Пенниман получал только по полпенни, объёмы продаж были настолько велики, что это приносило солидные деньги. А вместе с популярностью песен пришёл серьёзный спрос на концертные выступления, которые были ещё более яркими, чем записи. Однажды к музыкальному продюсеру Ричарда пришла шестнадцатилетняя девушка с песней для Литл Ричарда. Её тетушка заболела, и ей нужны деньги, чтобы положить тётю в больницу. Слова песни были написаны на клочке туалетной бумаги, но девушка «ещё не придумала мелодию». Песня рассказывала реальную историю: барышня застукала своего дядю в парке с другой женщиной, а когда в парке появилась её тётя, то дядя спрятался в кустах. Вышло всего три строчки:

«Saw Uncle John with Long Tall Sally
They saw Aunt Mary comin'
So they ducked back in the alley».

Историю рассказали Ричарду, и он взялся помочь девушке. Через пару дней он написал музыку, и на свет появилась песня «Long Tall Sally». Она стала ещё более громким хитом, чем «Tutti Frutti», окончательно утвердила Литл Ричарда в статусе короля рок-н-ролла и принесла ему ещё больше денег.

Каверы незамысловатых песен Литл Ричарда и копирование его манеры исполнения сделало звёзд из таких музыкантов, как Элвис Пресли, Билл Хэйли, Бадди Холли и целого эшелона других белых исполнителей.

Сценические выступления Литл Ричарда вошли в историю как самые дикие и энергичные рок-концерты, часто заканчивавшиеся массовой истерией. Уже в статусе рок-звезды Ричард постоянно соревновался с другими музыкантами, выступавшими на групповых концертах: кто «поимеет» публику и приведёт слушателей в большее неистовство. Джерри Льюис, Дженис Джоплин, The Doors и все самые горячие звёзды того времени проигрывали соревнование и снимали шляпу перед Ричардом. Когда Джон Леннон отказался уступить Ричарду право выступать последним (последними выступали самые важные музыканты), Ричард отыграл такое выступление, что Леннона и Йоко Оно, вышедших после него на сцену, слушатели освистали и стали покидать зал. Концерты Ричарда часто по несколько раз за вечер останавливала полиция, потому что публика впадала в яростный ритмический экстаз и начинала буйствовать: девушки закидывали сцену своим нижним бельём, люди прыгали с балконов

Ричард много внимания уделял своему сценическому образу, костюмам, макияжу, носил длинные зачёсанные наверх волосы, которые впоследствии копировал Элвис Пресли. Каждое шоу Ричард открывал песней «Lucille», которую он написал в честь трансвестита из его города — все называли его Королевой Соней. По ходу выступления Ричард приходил в раж и раздевался, а одежду, часы и украшения бросал в зал на радость беснующейся публике. Из-за расовой сегрегации в некоторых штатах чёрная и белая публика располагались в разных частях зала и между ними стояла перегородка. К финалу концертов Ричарда публика обычно смешивалась, барьеры рушились. Критики писали, что «голос Ричарда естественным образом приводит слушателей в экстаз, будто они снюхали грамм кокаина, выпили бутылку „Джека Дэниелса“ и получили оргазм — и всё это одновременно». Сам Литл Ричард обзавёлся дурными привычками намного позже, чем славой. Его главным допингом был секс: на гастролях он каждый вечер устраивал у себя в номерах оргии, у него были любовники и любовницы, и сам он признавался, что при этом мастурбировал по семь-восемь раз в день.

Ричард стал первым чернокожим рок-музыкантом, которого сняли в кино. Он спел в рок-мюзикле «The Girl Can't Help It» с восходящей звездой Джейн Мэнсфилд. Для подростков всего мира Ричард стал звездой на уровне Марлона Брандо и Джеймса Дина. Ричард купался в славе и деньгах, за которыми не следил и раздавал всем желающим. А желающих было много: десятки тысяч долларов у Ричарда просто украли любовники, любовницы и прихлебатели. Несмотря на дикие оргии, которые он устраивал, Ричард всюду возил с собой Библию и всякое утро после ночного веселья проводил за чтением книги вслух. Конфликт между порочностью, которую он ощущал с детства из-за своей сексуальной ориентации, и религиозным воспитанием давал о себе знать. Однажды он отдыхал после очередного турне, и ему домой позвонил пастор из Церкви Господа Десяти Заповедей. Ричард откровенно рассказал ему, что чувствует себя грязным, не видит смысла в шоу-бизнесе и жаждет спасения души. Пастор подключил к диалогу ещё нескольких людей божьего слова, и через несколько месяцев Ричард шокировал миллионы фанатов заявлением о том, что он уходит из музыки и посвящает себя служению Господу. Окончательной точкой его музыкальной карьеры стал огненный шар, который Ричард увидел пролетающим над стадионом во время одного из концертов прощального турне, в день, когда Советский Союз запустил первый спутник. После этого он решил немедленно оборвать турне и улетел в Америку на десять дней раньше положенного срока. Самолёт, на котором он изначально должен был бы лететь после турне, разбился над Тихим океаном. Ричард удалился от музыки и стал проповедником.

P.S.

Через несколько лет проповеднической деятельности Ричард не выдержал и вернулся в шоу-бизнес. Втайне от церкви он дал два небольших турне в Англии. В первом туре у него на разогреве были юные «Битлз», во втором — юные «Роллинг Стоунз». Менеджер «Битлз» Брайан Эпстайн даже предлагал Ричарду владеть «битлами» напополам, но Ричард отказался, потому что не верил в их успех. Тем не менее он очень тепло общался со всеми «битлами», в особенности с Полом Маккартни, который буквально боготворил Ричарда. Когда Ричард вернулся в Америку и набрал новую группу, в составе оказался молодой никому не известный гитарист, впоследствии ставший Джими Хендриксом. В музыкальном и в денежном смысле Литл Ричард на протяжении всей своей карьеры был настоящим царём Мидасом: всё и все, к чему он прикасался, превращалось в золото. Литл Ричард был и остаётся главным Королём рок-н-ролла. Точнее, как он сам говорил, Королевой.

Текст
Киев
Коллаж
Москва