Бумажный дракон и вечное синее небо

Текст: Саша Щипин
Иллюстрации: Юлия Дробова
12 апреля 2019

Всё началось, как принято считать, с малого: с дырки в обшивке международной космической станции. На самом деле всё началось ещё раньше, когда китайский военный атташе привёз в подмосковный детдом пятилетнего мальчика. Из этого малозаметного эпизода и вырастает новейшая история межпланетной экспансии и смертельного противостояния космических держав. Ко Дню космонавтики самиздат публикует рассказ писателя Саши Щипина, который детально изучил планы США, Китая, России и других стран по покорению космоса и написал остросюжетный текст о том, к чему эти планы могут привести.

Андриян Васильев так долго носил это имя, что порой боялся забыть настоящее — Лю Вэньмин. В ивантеевском детском доме, куда он стараниями помощника китайского военного атташе попал в пять лет, Андрейка, числившийся по документам бурятом, по ночам натягивал на голову жёсткое одеяло и беззвучно шептал: «Лю Вэньмин, Лю Вэньмин», — но ему всё чаще казалось, будто он зовёт какого-то другого мальчика, который давно забыл про него и теперь беззаботно бегает где-то, пытаясь стащить за нитку с неба бумажного дракона. К тому же новое имя начинало ему нравиться — в нём как будто было два корня, варварский и китайский: и «андр», и «янь» означали мужское начало. Впрочем, китайский язык он уже почти не помнил.

Зато Андриян чётко помнил, что, когда он вырастет, ему нужно устроиться на работу в НПО «Энергия» в подмосковном Калининграде и ждать дальнейших указаний. В этом был смысл его жизни, а разве можно забыть смысл своей жизни, узнав его однажды? Ему даже имя дали из сугубо практических соображений: кто-то в Пекине решил, что тёзке чувашского космонавта Андрияна Николаева будет проще попасть на строящий ракеты завод. Сложно сказать, сыграло ли это какую-то роль, но, закончив школу и университет, он действительно начал работать в «Энергии» — правда, уже не в Калининграде, а в Королёве, как стал называться город.

Вернувшись после первого дня работы, он положил на стол телефон и до глубокой ночи просто сидел, глядя на пустой и тёмный экран в ожидании звонка от человека, который должен, наконец, дать ему задание. Андриян знал, что там, в Китае, уже слышали о его успехах: он всегда чувствовал, что за ним кто-то присматривает, бережно ведя по жизни, и это чувство, казалось ему, похоже на веру в Бога, которой он так и не смог научиться. Но год проходил за годом, а на связь никто не выходил, как будто Бог больше ничего не хотел от Андрияна, то ли жалея своего подопечного, то ли разуверившись в нём. Поэтому, когда на улице к нему однажды подошла женщина и спросила дорогу, сунув под нос смартфон с каким-то текстом на экране, Андриян не сразу понял, что происходит. Ему пришлось несколько раз перечитать эти несколько строчек, прежде чем он смог оправиться от потрясения и даже найти в себе силы махнуть куда-то рукой, чтобы сцена выглядела правдоподобной.

Все эти годы Андриян готовил себя к какой-то великой и опасной миссии. Он представлял себе, что ему прикажут зайцем пробраться на МКС, спрятавшись в тайном отсеке, выкрасть секретные чертежи или даже важного учёного, чтобы тот работал на благо Народной Республики. В действительности задание оказалось до обидного простым, но Андриян всё равно подошёл к нему ответственно и осторожно, так что, когда спустя пару лет экипаж космической станции обнаружил в обшивке просверленное им отверстие, он остался вне подозрений.

Правда, его усилия по большому счёту всё равно оказались напрасными. Андриян догадывался, что должен был спровоцировать конфликт между российскими и американскими космонавтами, которые начали бы обвинять друг друга в диверсии. Китай действовал в полном соответствии с девятой стратагемой и собирался «наблюдать за огнём с противоположного берега». Предполагалось, что спор вокруг странного отверстия рассорит две великих космических державы и поставит под угрозу их сотрудничество на МКС, — если, конечно, станция вообще выживет после этого происшествия. Андрияну при этом представлялось, как он сидит на расстеленной бурке в ночной степи, прикуривая от костра, а на другом берегу реки горит сухой ковыль, мечутся тени и щелчки выстрелов мешаются с треском огня. В этом образе, кажется, было не слишком много китайского, но других у него давно уже не оставалось.

Однако конфликт как-то очень быстро сошёл на нет, словно пожар погас сам собой, и, когда взошло солнце, противоположный берег оказался пуст — только ветер гонял по земле хлопья пепла, закручивая их маленькими смерчами и рассыпая над водой. Поскольку Андриян точно знал, что истинного виновника русские с американцами не нашли, было понятно, что обе стороны решили просто махнуть рукой на дурацкое происшествие: мало ли странных вещей происходит в космосе?

Впрочем, у Китая оставалось ещё тридцать пять стратагем, и вскоре Андриян понял, что пришло время третьей: «убивать чужим ножом». Срединная империя была больше других заинтересована в том, чтобы положить конец космической гегемонии России и США: ей нужны были и планеты для колонизации, чтобы отправить туда часть населения, и их природные ресурсы, но в мире хватало и других стран, которым не нравилось существующее положение дел. Китаю удалось заручиться поддержкой самых разных сил — израильтян и арабов, корейцев и японцев. Было очевидно, что этот парадоксальный и невозможный союз крайне непрочен, но до поры он всех устраивал. Малые космические державы знали, что без их поддержки Китай ещё не скоро решится вступить в борьбу за раздел Солнечной системы, а этот конфликт был им необходим: ослабив друг друга, Россия, США и КНР дадут шанс остальным претендовать на свою долю. Главное, не дать слишком глубоко втянуть себя в военные действия и не хранить бессмысленную верность союзникам. Китайцы, в свою очередь, нуждались в этом альянсе только на первом этапе, чтобы смутить противников и заодно накопить сил, пока русские с американцами разбираются что к чему, — и в случае победы не собирались ничем делиться. Их союзники, впрочем, никогда не питали на этот счёт иллюзий.

Роль застрельщика досталась Израилю — кудрявому мальчику с рогаткой, которому всегда нравилось убивать великанов, положив на песок футляр с гуслями. В 2019 году, 11 апреля, словно бы на день опережая Гагарина, который замешкался, завязывая шнурок, на Луну должен был опуститься построенный на деньги частных инвесторов аппарат «Берешит», названный в честь Книги Бытия: предполагалось, что с него начнется второе сотворение мира, переформатирование космоса, который нужно было сперва погрузить в хаос, чтобы потом создать новое небо и новую землю. Внутри первого израильского лунохода лежала Тора, отчего «Берешит» напоминал пражского Голема с запиской во рту.

Однако посадка оказалась неудачной: на этот раз чудо не спасло израильского первенца, и глиняный монстр рассыпался на куски, нырнув в Море Ясности. В мае свою попытку предприняли индийцы, отправившие к спутнику Земли экспедицию «Чандраян-2» с собственным луноходом, и, пока он, отвлекая внимание, колесил по слежавшейся пыли с оспинами кратеров, на обратной стороне Луны готовил плацдарм для вторжения китайский «Юйту-2» — хитрый и бессмертный «Нефритовый заяц» из древних легенд. В декабре к нему на помощь полетела «Чанъэ-5» — по официальной версии, собираясь впервые за сорок лет доставить на Землю образцы лунного грунта, но в действительности ещё и для того, чтобы присматривать на видимой стороне спутника за ненадёжными союзниками. Нужно было напомнить, кто главный на Луне: в конце концов, богиня Чанъэ вместе с Зайцем, обосновавшиеся в Лунном дворце, давно застолбили для Китая эту территорию.

Однако прежде чем начать захват Луны, следовало взять под контроль космическое пространство между Землёй и её спутником, избавившись для начала от МКС. Миссию поручили Хаззе аль-Мансури, первому космонавту из Арабских Эмиратов, полетевшему на космическую станцию в сентябре 2019 года: его диверсии и саботаж было проще списать на неопытность и космический психоз. Так, в общем, и вышло: никаких подозрений, кажется, не возникло, тем более что станция и без того дышала на ладан, а Хазза на пресс-конференциях потом очень натурально каялся, не утирая слёз, крупными каплями выкатывавшихся из красивых чёрных глаз.

Андрияну казалось, что для этой цели лучше было использовать какого-нибудь японского космонавта, чтобы тот, отключив все системы внешнего контроля, божественным ветром рухнул на Землю вместе со станцией. Но, с другой стороны, кто знает, куда бы он решил направить падающую МКС? Андриян не готов был поручиться, что японец не выберет своей целью Китай. Впрочем, его мнения никто и не спрашивал. После приказа просверлить дырку в обшивке с ним больше не выходили на контакт, и Андриян напрасно замедлял шаги, проходя мимо незнакомцев, ищущих что-то в своих смартфонах: никто из них не был связным.

Китай тем временем начал расчищать земную орбиту от чужой техники. За последние годы он отправил туда десятки искусственных спутников, которые, как обычно, имели, кроме гражданского, ещё и военное назначение. Теперь они глушили сигналы, выводили из строя электронику и сталкивали с орбит спутники конкурентов. Над Землёй шла невидимая миру война — только время от времени с неба срывалась очередная падающая звезда, обещая исполнить чьё-то желание, в последней попытке быть чем-то полезной людям, позволившим ей светить.

Правда, спутников Китаю всё равно не хватало, поэтому в стране началась кампания под лозунгом «Одна школа — один спутник»: китайские дети мастерили на уроках труда спутники-камикадзе, единственной целью которых было уничтожение российских и американских аппаратов. Андриян часто думал, что Лю Вэньмин мог бы сидеть сейчас у себя в гостиной, рассматривать принесённые сыном из школы чертежи и одобрительно кивать, ничего, на самом деле, в них не понимая: если бы он остался в Китае, ему едва ли пришло бы в голову заниматься космосом. Зато Андриян Васильев разбирался в космической технике даже лучше, чем ему хотелось: обсуждая ситуацию с коллегами, он почти случайно предложил идею несложной программы, которая позволяла российским спутникам избегать столкновений и электронных атак, и даже получил в результате премию, за что потом долго себя корил. Впрочем, потери Роскосмоса вскоре стали настолько катастрофическими, что все эти рацпредложения оказались бессмысленными. Китайские чиновники из Космического управления чуть ли не каждый день устраивали пресс-конференции, ссылаясь на технические проблемы и досадные случайности, и, хотя им давно никто не верил, обвинять КНР напрямую ни Россия, ни США пока не решались.

В итоге к концу 2020 года вокруг Земли продолжали летать только китайские спутники, а окололунное пространство в декабре начала патрулировать южнокорейская орбитальная станция. России и Соединённым Штатам оставалось только попытаться взять реванш на Марсе, но в феврале 2021 года на Красной планете оказались не только их марсоходы, но ещё и китайская машина, а также зонд, запущенный ОАЭ. На следующий год к ним присоединился индийский «Мангальян-2», сделав ситуацию практически патовой, но от этого ещё более интересной. Смертельная гонка по инопланетным пустыням, где марсоходы маневрировали, то объединяясь, чтобы столкнуть противника в кратер, то разъезжаясь в разные стороны и путая следы, стала на Земле главным событием сезона, и зрителей у Mars Wars оказалось больше, чем у «Игры престолов».

Выйдя однажды во двор, Андриян увидел, как дети играют с радиоуправляемыми марсоходами: столкнув «Мангальян» в лужу, русская и американская машина зажали китайца в углу и начали, чуть-чуть сдавая назад для разгона, врезаться в него, впечатывая в стену. Китайский марсоход жужжал колёсами, словно попавшее в ловушку насекомое, и пытался вырваться, но скоро внутри что-то сломалось — и хозяин, опустив руки с пультом и стараясь не плакать, бессильно смотрел, как от его машины разлетаются в разные стороны детали. Пощады он не просил. Андриян подумал, что маленький Лю Вэньмин точно так же стоял бы, закусив губу и моргая изо всех сил, но сам он, как ни старался, не чувствовал ничего.

Китай продолжал наращивать своё присутствие на Луне, посылая туда одну экспедицию за другой и, с помощью своих спутников и корейской орбитальной станции, не пуская никого из конкурентов. После долгих переговоров японцам разрешили в 2021 году отправить на лунную поверхность свой SLIM с почти игрушечным луноходом на борту, но в остальном моря и океаны земного спутника контролировала КНР, чьи «Нефритовые зайцы» чувствовали себя там полновластными хозяевами. Поэтому посадка на южном полюсе российской «Луны-25» стала для всех полной неожиданностью. В ЦУПе радовались так, как будто Люк Скайуокер на их глазах прорвался к шахте «Звезды Смерти», сбросив туда бомбу, а журналисты наперебой вспоминали взятие российскими десантниками аэропорта в Приштине. Считалось, что на южном полюсе Луны должны быть сосредоточены основные запасы льда, поэтому, укрепившись там, Россия могла оставить будущую китайскую базу без воды.

Став к тому времени начальником отдела, Андриян Васильев получил за «Луну-25» медаль к ордену «За заслуги перед Отечеством» II степени. Принимая награду, он вдруг отчётливо увидел, как где-то на Луне Лю Вэньмин распухшим языком пытается облизать потрескавшиеся от жажды губы.

В Китае сделали вид, что марш-бросок «Роскосмоса» никак не мешает их планам, и даже поздравили коллег с успешным прилунением. Пекин действительно посчитал это событие пусть и неприятным, но не слишком значительным: в тот момент китайцев куда больше интересовал «Небесный дворец», который они достраивали на земной орбите. Поскольку МКС давно завершила свою недолгую жизнь в Тихом океане, китайский «Тяньгун» в 2022 году стал единственной орбитальной космической станцией: присутствие русских на Луне действительно мало что значило по сравнению с возможностью контролировать всё околоземное пространство.

В трёх модулях «Небесного дворца» — «Млечном пути», «Вопрошании к небу» и «Небе мечты» — невозможно было разместить сколь-нибудь серьёзное вооружение, так что главной ударной силой Срединной империи стал астероид Апофис, куда Китай в том же 2022 году отправил свой летательный аппарат. Астероид, названный в честь египетского змея Апопа, пожирающего солнце и ввергающего мир в хаос, в 2029 и 2036 годах должен был пройти в опасной близости от Земли. Когда «Лун Му», или «Мать драконов», опустилась на поверхность Апофиса, Китайское национальное космическое управление бодро рапортовало, что может теперь корректировать курс астероида с точностью до сотых долей градуса, так что катастрофа планете больше не грозит. В действительности это означало только одно: решать, в какой точке Земли упадет астероид, будут отныне в Пекине.

По вечерам Андриян Васильев учил бурятский. Он убеждал себя, что хочет таким образом подкрепить свою легенду, но на самом деле в этом не было большой необходимости: его объяснений, что он вырос в детском доме и потому не знает ни слова на языке предков, обычно бывало вполне достаточно. На занятиях учитель много рассказывал о мифах и легендах своего народа, и Андриян теперь знал, что бурятского Апопа зовут Архан шутыр: он тоже глотал солнце, за что был прикован цепями к луне, на которой можно увидеть его очертания. Разглядеть Апофис было пока невозможно, но он уже летел в сторону Земли, вместе с «Матерью драконов», вцепившейся ему в спину. Архан шутыр был везде: он был Луной, он был астероидом, и он был Китаем, которому Андриян служил, хотя ничего, в сущности, не знал об этой стране и населяющих её людях. Архан шутыр был ещё и Андрияном Васильевым.

В 2022 году США тоже отправили свой зонд на астероид — только не на Апофис, а на Психею. Психея почти целиком состояла из железа и никеля, и, если бы удалось доставить на Землю хотя бы малую часть её богатств, это серьёзно подорвало бы экономику Китая, экспортировавшего эти металлы. Одно лишь известие о начале экспедиции обрушило мировые рынки, и Россия вместе с КНР оказалась в числе стран, сильнее всего пострадавших от кризиса. На космос, впрочем, государство денег не жалело, поэтому сотрудников «Энергии» всё это мало затронуло. Разве что на улицах стало неспокойно, и Андриян теперь старался не выходить из дому без большой необходимости, ограничиваясь поездками на работу и с работы: его азиатская внешность категорически не устраивала местную шпану, не желавшую вникать в различия между бурятом и китайцем.

Воспользовавшись моментом, США начали строительство лунной орбитальной платформы Gateway, откуда было бы удобно штурмовать китайские укрепления на спутнике Земли. Сами китайцы были слишком заняты внутренними проблемами, чтобы суметь им помешать. Одновременно американцы озаботились вопросом колонизации других планет: Земля, замерев под дамокловым мечом Апофиса, превращалась в главное поле битвы за космос и скоро могла стать непригодной для жизни. В 2022 году европейцы уже послали к спутникам Юпитера — Ганимеду, Каллисто и Европе — свой Jupiter Icy Moons Explorer, и годом позже к ним присоединились Соединённые Штаты, чей Europa Clipper отправился тем же маршрутом. В 2024 году на Марсе появились первые люди: SpaceX готовилась начать строительство своей колонии.

Андриян часто думал о том, что его жизнь мало чем отличается от жизни колонистов, обречённых проводить дни и ночи под куполом на пустынной планете, питаясь концентратами, выходя наружу лишь в скафандре и зная, что они вряд ли когда-нибудь полетят обратно на Землю. Возвращаться в Китай ему было незачем, ставшие небезопасными улицы в преддверии конца света оказались поделены между бандитами и проповедниками, между которыми часто не было никакой разницы, с продуктами в магазинах начались перебои. Но здесь у него, по крайней мере, было небо — Вечное Синее Небо, в которое верили буряты. «Верить в небо» звучало почти как «верить в солнце» или «верить в воду», но это было единственным, что ещё оставалось у Андрияна. Своё предназначение он, видимо, уже исполнил, и никакого другого смысла в его существовании не было. Всё справедливо: кто-то должен был передать солонку, кто-то — просверлить дырку. Только жаль было маленького Лю Вэньминя, у которого отобрали жизнь, выдав взамен чужую, безликую и застиранную, с расплывшимися казёнными печатями.

Россия и США тем временем шаг за шагом отвоёвывали это небо у Китая. В 2024 году американские астронавты попытались произвести разведку боем на Луне, но были вынуждены быстро отступить, столкнувшись с глубоко эшелонированной обороной китайцев. Зато на лунной орбите появилась российская станция, а Соединённые Штаты начали наращивать свои силы на платформе Gateway. На всякий случай обе страны отправили экспедицию к Венере, чтобы проверить, нельзя ли сделать её пригодной для жизни, если дела на Земле пойдут совсем плохо, но, как выяснилось, времени для этого уже не оставалось. В 2029 году Апофис упал в Тихий океан, смыв с лица земли города российского Дальнего Востока и Западного побережья США. Заодно древний египетский змей поглотил Страну восходящего солнца, практически уничтожив жизнь на японских островах. Совет безопасности ООН заседал почти круглосуточно, но безрезультатно: представитель КНР клялся, что его страна не имеет никакого отношения к катастрофе и, даже не вслушиваясь в текст, накладывал вето на все резолюции. Доказать вину китайцев, утверждавших, что их аппаратура оказалась неисправной и потому не смогла скорректировать полёт астероида, было действительно сложно, так что всё закончилось введением экономических санкций и разрывом дипотношений с Россией, Соединёнными Штатами и ещё чуть ли не с половиной стран мира. Вести на Земле войну с ядерной державой никто не был готов, тем более что планета ещё не оправилась после падения Апофиса. Другое дело — в космосе, и Китай, понимая это, спешно достраивал свою лунную базу.

Война началась 3 марта 2033 года. Россия и США одновременно нанесли удар на Луне и на Марсе, где сопротивление тайконавтов было смято в считанные часы. В новостях об этом рассказывали скупо, не вдаваясь в детали, отчего казалось, что речь идёт о каких-то технических неполадках и бытовых конфликтах: ни к чему было будоражить людей, и без того постоянно порывавшихся устроить китайские погромы. Но на работе у Андрияна был доступ к видеозаписям, поэтому он мог увидеть во всех подробностях эту странную немую войну, где грузные фигуры, похожие на надувные шары, стреляли друг по другу дротиками и крупной дробью, а потом долго кувыркались, прежде чем упасть в слежавшуюся пыль. Без звуков выстрелов, без вида крови всё это было похоже на какую-то игру, в которой к тому же участвуют не люди, а мягкие куклы, но Андриян хорошо себе представлял, как выходит воздух из пробитого скафандра, как врывается внутрь смертельный холод, как закипают слёзы в глазах обречённых бойцов.

После победы Россия начала строительство своей лунной базы, превратив руины китайских укреплений в мемориал, посвящённый погибшим космонавтам, а Соединённые Штаты сосредоточили свои усилия на Марсе, национализировав колонию SpaceX, тем более что её штаб-квартира и всё руководство компании стали жертвами цунами после падения Апофиса. Правда, через несколько лет на российской базе случилась авария, после чего её пришлось законсервировать, а космонавтов эвакуировать обратно на Землю. Ходили слухи, что где-то была нарушена герметичность и, возможно, даже по чьему-то злому умыслу, но все подробности оказались засекречены. В Америке после очередных выборов новая администрация признала проект колонизации Марса слишком дорогостоящим и бесперспективным, так что жилые купола на Красной планете тоже опустели. Китайцы попытались начать всё заново и превратить Ганимед в плацдарм для следующего наступления, но их экспедиция так и не добралась до спутника Юпитера, сгинув где-то в поясе астероидов. К тому же у них хватало проблем на Земле: пора было восстанавливать экономику, подорванную космической гонкой, и заново налаживать отношения с остальными странами. Многие, впрочем, уже начали открывать в Пекине торговые и культурные представительства.

Дождавшись пенсии, Андриян переехал в Бурятию. Зимой он мастерил у себя на кухне бумажных змеев, чтобы раздать их весной соседским детям. Выйдя на улицу, он смотрел, как огромные яркие драконы плывут над цветущей степью, уводя за собой своих неловких, но азартных погонщиков. Однако рано или поздно ветер стихал, и тогда драконы, словно проснувшись и разучившись летать, стремительно падали вниз, ломая хрупкие планки рёбер и раздирая нежные крылья о ветви кустов. Вечное синее небо снова пустело, и Андриян шёл домой.