Разве могли мы не заметить сразу этой книжицы? Она в нелепом одиночестве рыжела среди ржавых гаек, гнутых кранов и прочей сантехнической дряни на рыночном развале в Астане, где мы вдвоём с фотографом Ксенией очутились проездом в хакасские степи. Ехали мы поездами уже почти неделю, выходя на день-два в разных городах, и ещё почти неделя была впереди. Нас грызла купейная скука и, спасаясь от неё, мы кинулись к книжице с таким многообещающим названием — «Параноидная шизофрения». А потом, трясясь в вагоне, упоённо читали её друг дружке, захлёбываясь восторгом.
Теперь она и ваша, эта книжица 1987 года, в которой некто Ж. А. Алимханов сухим языком исследователя повествует о том, как давались ёбу простые советские граждане. Издательство «Казахстан», выпущена в Алма-Ате, цена 75 копеек, внутри — ни одной, даже малюсенькой картинки. Среди других книг этого дивного издательства такие известные трактаты, как «Хроника мужества», «Рассказы о нервных детях» и, конечно же, «Географическая патология рака пищевода в Казахстане».
Зачем же, спросите вы, вам нужна книжка «Параноидная шизофрения»? Затем только, что между нами и теми сбрендившими гражданами разница лишь одна, и та невелика: про вас ещё не написали книжку. Все случаи в книге описаны по одной схеме: сначала детство и отрочество больного, первая работа, первые странности — и уже вскоре погружение в тенёта Ада в духе Гойи.
Вам представляется краткий пересказ наиболее важных моментов.
Случай первый. С. М., 1954 года рождения
Сумасшедших в семье у С. М. не наблюдалось, и сам он ничем не выдавал собственную склонность. В двенадцать лет отравился угарным газом, но даже не лежал из-за этого в больнице. Кончил школу с хорошими оценками, выучился на киномеханика, отслужил в армии, после чего «захотел романтики» и отправился работать на Север. Там приняли его доброжелательно. Помогли в устройстве. Коллектив был небольшой, и все относились к нему на первых порах как будто хорошо. С. М. стал руководителем отдела и вскоре был в курсе всех событий.
Через короткое время С. М. стало казаться, что в коллективе всё благополучно только на первый взгляд. На самом деле здесь идёт скрытая борьба, существует две группировки. С. М. стал замечать, что один из сотрудников проявляет к нему повышенный интерес. Появилось предположение, что тот по поручению руководителя учреждения проверяет, как к нему относятся, и собирает против С. М. компрометирующие документы. Именно с этой целью, думал С. М., все его разговоры записывали на портативный магнитофон, который он однажды видел мельком. С. М. считал, что магнитофоном того сотрудника снабдили в отделе управления. На этой почве у больного начались конфликты с сотрудником.
С целью выявления агентов он стал незаконно наказывать подозреваемых и, если принимались меры начальством к аннулированию наказания, убеждался в справедливости своих подозрений. Всё больше убеждался, что более половины всех сотрудников являются агентами одного из руководителей. Через полгода после начала работы он «выявил уже агентурную сеть одного из сотрудников».
Казалось бы, всё с гражданином С. М. уже ясно, но вот вдруг, благодаря собственной подозрительности, он зимой 1978 года разоблачает самые настоя