Без тормозов
Иллюстрации: Алёна Белякова
Текст: Артём Шур
03 апреля 2018

Российская провинция — чаще всего очень страшное и некомфортное место для жизни инвалидов. Им недоступны большинство улиц, магазинов, зачастую аптек и поликлиник, многие из них не могут самостоятельно даже выйти из дому или воспользоваться общественным транспортом. Илья Костин сел на инвалидную коляску в 2015 году и не захотел с этим мириться. Несколько десятков выигранных дел по доступной среде против муниципальных организаций и частных лиц: самиздат «Батенька, да вы трансформер» отправился в Сыктывкар, чтобы выяснить, как пройти путь от угроз до городской известности, ездить по трассе на электроколяске и полюбить Илью Яшина.

Немецкая электроколяска пытается взобраться на обледенелый пандус автовокзала в Сыктывкаре. Пять минут назад Илья Костин предупредил директора вокзала, что скоро будет, и теперь пожилой рабочий впервые за зиму пытается расчистить заезд. Коляска вязнет в снежной каше, проваливается и буксует. Рабочий помогает Илье въехать по заснеженным ступенькам, благодушно хмыкает «добро» в ответ на просьбы всё-таки справиться с пандусом. На прошлой неделе Илья купил билет на междугородный автобус, но выяснилось, что перевозка инвалида невозможна. Директор встречает Илью в дверях, извиняется и провожает к кассе возвращать деньги. Илья осматривается по сторонам: два года назад он принимал это здание после реконструкции. Тогда были сделаны отдельные кассы для инвалидов, сейчас на их месте ларьки. Илья не может дотянуться до терминала на кассе с коляски и называет директору свой пин-код от карты для возврата денег.

«Нет у нас льгот на это», — бабушка-охранница у туалета объясняет, что туалеты для инвалидов тоже платные: 20 рублей. Несколько минут уговоров спустя она всё же нехотя пускает бесплатно «просто посмотреть». Внутри по стенам, раковинам и зеркалам развешаны перчатки, тряпки, расставлена бытовая химия, над унитазом из угла нависает швабра. «Вы зайдите, посмотрите, что у вас там», — Илья зовёт директора. «Да она знает всё, чего ей смотреть», — простодушно замечает бабушка. Директор кривится, Илья смеётся.

В течение дня в ухе Ильи почти всегда гарнитура, и иногда сложно отличить момент, когда он переключается с обычного разговора на телефонный. Разговор с местными журналистами о готовящейся статье, затем сразу — звонок главе города с предложением вместе проконтролировать капремонт в деревянных домах в центре города. Когда Илья разговаривает по делу, его любимое слово — «ну»: он словно подгоняет им в конце фраз. «Скажи ему — видеоблог нужно делать, а!» — восхищается активист по доступной среде из Воронежа, немного послушав напористую речь Ильи про Сыктывкар. «Сколько фактовки за пять минут нам дал, а мог целый город это услышать!»

Илья Костин закончил Сыктывкарский государственный университет и открыл своё дело. Занимался ремонтом, потом добавилось производство и установка окон. У Ильи прогрессирующее генетическое заболевание опорно-двигательного аппарата. В 2015 году уже было очень трудно ходить и пришлось сесть на коляску. Но заниматься общественной деятельностью он начал ещё за пару лет до, предчувствуя. В семье было восемь детей, отец ушёл в детстве. Поэтому у всех были чётко разделены обязанности: кто-то занимался уборкой, кто-то готовкой, Илья отвечал за семейную бухгалтерию. Как он говорит, это воспитание и не позволило ему остаться в стороне от общественной деятельности, когда он увидел масштаб проблем.

Начинал Илья с небольших дел: пандусы и доступность районных магазинов и аптек. Первым серьёзным делом стали автобусы: в 2014 году администрация Сыктывкара закупила двадцать автобусов для городских маршрутов — обычные пазики, никак не приспособленные для инвалидов. Илья возмутился — и в первый раз попал на приём к главе города. «Так, Илья, выключай диктофон, сейчас с перевозчиком разговаривать будем», — в следующий момент мэр Иван Поздеев начинает демонстративно стучать кулаком по столу, кричать на ответственного чиновника и требовать разобраться. Илья демонстрации не поверил — и через полгода написал заявление в УФАС и прокуратуру. Прокуратура пазики закупать запретила, в 2016 году город приобрёл уже сорок низкопольных автобусов — и в дальнейшем сможет закупать только доступный для инвалидов транспорт.

От улицы Ручейная, где жил Илья, до третьих Максаковских дач, где летом живёт его мама, чуть меньше тридцати километров. Доступного транспорта нет, поэтому Илья на своей электроколяске выбирался из дома, проезжал насквозь практически весь город Сыктывкар и выезжал на трассу. Трасса неширокая, летят фуры, а к ним вплотную по краю дороги мчится коляска. Максимальная скорость коляски — десять километров в час, чуть неровная дорога — так быстро уже не поедешь, где-то фуры приходится всё-таки пропускать, средняя скорость выходит километров пять-шесть. Четыре часа дороги, большая часть из которых по трассе, и Илья навещает маму. Когда его спрашивают о рисках, он улыбается. «Когда мне подарили коляску, это словно другая жизнь началась, будто крылья расправил. До этого я был вынужден ездить с водителем, постоянно ставить его в известность — что, когда. А с коляской ты можешь делать всё что захочешь, ты свободен. Так что ты или сидишь дома и думаешь, как бы чего ни случилось, как бы ты ни ударился, как бы тебе слова плохого ни сказали. Или ездишь с риском по дорогам и живёшь полной жизнью».

Илья стоит в коридоре республиканской больницы Коми. 2015 год, он ещё ходит и лёг на плановое обслуживание в неврологическое отделение. По коридору к туалету подъезжает колясочник, слезает и на ягодицах ползёт в туалет. Ремонт больницы станет самым важным делом после автобусов. Илья доходит до министра здравоохранения Коми, тот его полностью поддерживает и создаёт рабочую группу. Следующие два года активист будет добиваться выполнения распоряжений министра и начала ремонта. Он подаст в суд и выиграет его, после чего реконструкция всё-таки начнётся. В 2017 году Илья ляжет на очередное плановое обследование в ещё не доделанное отделение: из-за увиденного он сразу звонит министру здравоохранения и просит остановить работы. В качестве аргумента он звонит своим знакомым из местного издания «7×7» и предлагает снять видео. Видео выходит, и на следующее утро Илью на входе встречает главврач больницы. «Илья, ну зачем ты так! Хочешь, я тебе переписку с министром покажу, не я один виноват, разберись с ними, а?» —  просит он активиста.

То, что СМИ являются крайне мощным инструментом давления на региональном уровне, Илья понял практически сразу после начала общественной деятельности. Как он сам признаётся, подсказали его наставники, работавшие на этом поле с конца 90-х годов. Впервые он попробовал работать со СМИ в 2014 году: позвонил в редакцию издания «7×7» и попросил написать про свой активизм и общественную деятельность.

«Приди сюда, я тебя носом тыкну», — владелец небольшого магазина кричит в трубку Илье. В 2016 году Илья Костин позвал за круглый стол на переговоры владельцев трёх магазинов и одного кафе со своего района, недоступных для инвалидов. Двое пришли и договорились, ещё на двоих Илья подал в суд — и выиграл. Владелец одного из них был настолько несдержан, что пришлось обращаться в прокуратуру с заявлением об угрозе жизни. Настолько откровенных угроз насилия больше не было, но раньше в завуалированном виде встречались постоянно. «Мир маленький, зачем вы здесь гадите, никому, кроме вас, это не нужно», —  самые частые фразы, с которыми приходилось сталкиваться Илье в начале своей активистской деятельности. Последние года полтора обходится без них: Илью узнали, запомнили и зауважали. Многие уверены, что он работает во власти. «Илья, привет, в администрации сегодня, на работе?» — звонит ему знакомый. Илья смеётся: он никогда и никому не говорил, что служит чиновником, но, видимо, заработал такой авторитет, что люди уверены: точно из власти.

В 2011 году, когда в Москве и по всей России шли протесты после выборов в Государственную Думу, Илья начал интересоваться политикой. «Я вдруг понял: если столько людей выходит, значит, что-то не так, есть недовольство». Ни в каких политических партиях Илья никогда не состоял и не собирается, но с тех пор следит за всеми новостями. «Ну, Яшин нормально там, конечно, с детским праздником и митингом устроил, да», — смеётся Илья и непринуждённо рассуждает о московской повестке. Как он признаётся, выигранные Ильёй Яшиным в 2017 году муниципальные выборы очень сильно вдохновляют его. Он любит публичность, и ему нравится борьба. Настолько, что после победы Яшина он начал собираться на местные выборы 2019 года.

«Я с уверенностью могу сказать, что Путин — это мой президент». Илья не голосовал на выборах потому что «нет кандидата прям моего». Но его главные детские воспоминания из 90-х — это как вся семья ест суп, состоящий только из свекольного бульона. «Помню, как ждала моя бабушка пенсию. Сегодня пенсия и пособия хоть и маленькие, но приходят регулярно, прожить на них можно. Я помню свой двор: всё было плохо как в 90-х, так и в нулевых. Сейчас всё заасфальтировано, спорт развивается. Наверное, он мог и даже должен был сделать больше, но прогресс огромный».

Пока Сыктывкарское отделение Всероссийского общества инвалидов в Международный день защиты прав инвалидов проводит свой беззаботный митинг с флажками и шариками, Илья собирает свою группу инвалидов и отправляется тестировать на доступность торговый центр. «Люблю иногда вот так в нерв ткнуть, трэш небольшой устроить, знаешь», — смеётся Илья. Когда возникли проблемы с автобусами, чтобы вывезти инвалидов, он пригрозил вывести колясочников на площадь и надеть на голову пакеты.

Шесть утра, Илья вместе с женой Юлей просыпаются. «Илья, как думаешь, будем рассматривать жильё на улице Карла Маркса?» — первым делом спрашивает она его.

Когда Илья занимался ремонтом, среди клиентов, по статистике, более девяноста процентов составляли женщины. «Приходишь на объект, муж сидит в комнате и такой: «Тань, не забудь ещё сказать про это». — «Да сиди молчи, я сама знаю!» Илья убеждён: в России «женщины мировые, всё и тянут у нас в основном. Непонятно, откуда у них столько сил и духа». До встречи с Ильей Юля работала на трёх работах, сейчас всего на двух. В перерывах в рабочем дне она успевает сбегать на новостройки и посмотреть квартиры, помимо двух работ — постоянная общественная деятельность. Но Илья такую устремлённость жены не одобряет: «У меня есть цель, чтобы она не работала. Пускай вот хобби у неё останется какое-нибудь, пускай им увлекается, пусть какие-то небольшие деньги приносит, себе на мелкие расходы исключительно. Женщина создаёт уют, комфорт, я хочу, чтобы она домом занималась».

В Кирове сугробы и нечищеные обледенелые улицы. Илья едет на своей коляске на запланированный общий ужин с блогерами и активистами по доступной среде, прибывшими из других городов. С половины дороги он звонит и говорит, что не доедет: на улице он увидел толпу, собравшуюся около кукольного театра, и не устоял. Оказалось, сегодня в город приехала балетная труппа и даёт «Кармен», — аншлаг. «Илья у нас такой, да», — улыбается его друг и помощник Дима, выслушав новости и убирая телефон.

Текст
Москва
Иллюстрации
Москва