Ортопед Али из Абу-Даби
Текст: Мария Шуляк
Иллюстрации: Катя Октябрь
02 апреля 2018

Публикуем историю нашей читательницы из Ярославля — 21-летней Марии Шуляк. В 2017 году она сделала то, что большинство из нас предпочитают не делать: отправилась с очень сомнительным незнакомцем к нему домой.

Это было летом прошлого года. Занятия в университете уже кончились, я работала редактором интернет-портала в Ярославле, но штат внезапно сократили. Начальник вручил мне последнюю зарплату и почему-то пожелал быть более рискованной.

А неделей раньше я рассталась с бойфрендом. Так что в городе меня ничто не держало. Я купила билеты в один конец, собрала чемодан, позвала с собой подругу и поехала путешествовать. Мне хотелось приключений, безумных историй, адреналина в крови. Хотелось и правда стать более рискованной.

Такой случай представился в Вильнюсе.

***

У моей подруги Оли сильно болела нога: беговая травма обострилась из-за пеших прогулок. В тот день мы гуляли в городском парке. Оля вдруг встала и заявила, что больше идти не может. В моей сумке был тридцатиградусный «Рижский бальзам». Мне вспомнилось, что по легенде он спас Екатерину Великую от гриппа, когда та впервые посетила Прибалтику, и я понадеялась, что волшебный бальзам излечит и ногу.

Мы выпили. И поначалу ничего не происходило.

Но вдруг кто-то коснулся моей руки.

Я обернулась и увидела двухметрового араба лет тридцати — тридцати пяти. Он улыбался мне двумя рядами ровных белых зубов: «Do you speak English?»

Я объяснила на английском, что сейчас не самый удобный момент для налаживания арабо-русских отношений. Но мужчина не отошёл. Он посмотрел на Олю, увидел её опухшую лодыжку и вдруг радостно заговорил на русском: «Я могу помочь! Я Али — ортопед из Абу-Даби!»

Не успела я и слова сказать, как Оля села на парковую лавку, разулась и закинула левую ногу на колено темнокожего незнакомца. Его пальцы прошлись по её ноге и впились в икроножную мышцу. Подруга скорчилась от боли. Я с недоумением смотрела на его волосатые руки и ухоженные ногти: «Может, и правда врач?» Следом я почему-то подумала, что насильник вряд ли стал бы так заботиться о своих ногтях.

«Плохо. Очень плохо», — сказал Али грустно, будто подражая вечно сочувствующему пациентам доктору Уилсону из сериала «Доктор Хаус». Он надел на Олину ногу её красную туфлю и встал со скамейки. 
— Если сегодня не сделать полноценный массаж у меня дома, — сказал он, — завтра ваша подруга может не встать.

Я представила, как завтра буду искать литовских хирургов, чтобы оживить Олину ногу. Подруга опять кривилась от боли. «Чем чёрт не шутит, — подумала я. — Вдруг он нам и правда поможет?» Тот самый адреналин, которого я так желала в начале этого путешествия, появился в крови. «Вот и приключения», — пронеслось в голове.

Мы согласились.

Али объяснил, что его апартаменты находятся недалеко от парка, и вежливо предложил Оле залезть на его могучую спину. Вместо этого подруга взяла меня под руку, и очень медленно мы направилась к выходу из парка. По дороге Али рассказал, что учился на ортопеда в России, проходил ординатуру, поэтому знает русский. Говорил он с сильным акцентом, а многие слова вовсе не выговаривал и проглатывал окончания. Жил он и правда близко — в трёхэтажном кирпичном доме с большими окнами. К нему вёл маленький двор с невысокими деревьями, клумбами и лавочками. Квартира находилась на первом этаже. Али открыл дверь и пропустил нас вперёд.

Внутри я увидела большую комнату, разделённую посередине перегородкой с дверным проёмом. Наш ортопед остановился, чтобы разуться, а затем исчез в этом проёме. Я представила, как он возвращается с кухонным ножом в руках.

Но он вышел с тремя банками пепси. Затем подкинул их вверх и начал жонглировать. Одна из банок упала вниз, Али рассмеялся и сказал: «Угощайтесь, девушки». После эти слов он подошёл к нам и протянул каждой по газировке.

Свои ключи он положил на стол и объяснил, что не будет закрывать входную дверь. Тут я начала верить, что он и правда врач. «И Оле поможем, и с хорошим человеком познакомились», — решила я. 

Али стал расправлять простыню на кровати и всё вздыхал: «Эх, масла для массажа нет! Ну да ладно». Когда его импровизированный массажный стол был готов, он протянул Оле руку и сказал: «Прошу». Подруга сняла с себя майку, джинсы и лифчик и легла на мятую простыню. В таком положении она казалась совсем маленькой перед двухметровым темнокожим мужчиной.

Он снял носки и решительно сел Оле на ягодицы. «Если твоя подруга стесняется, — сказал он, — ты можешь подождать снаружи». Моё сердце заколотилось. Я испуганно посмотрела на подругу. В этот момент Оля покачала головой и сказала, что всё в порядке.

Сеанс арабского массажа начался. Массируя Оле спину, ортопед постоянно вздыхал, когда слышал её стоны и понимал, что ей больно. Он говорил мне:

«Я тут увидел, сколько стоит массаж в Вильнюсе. Был просто шокирован! Современные массажи — одни поглаживания. Это не принесёт пользы здоровью. А моя работа — большой труд, потому что я разминаю все части тела».

И он не врал. «Разве там есть мышцы, которые имеют отношение к больной лодыжке?» — спросила я, когда ортопед в очередной раз схватил Олю за попу. «О, конечно!» — ответил он. 

«Вам очень повезло, что вы встретили меня, — продолжал Али. — Я очень занятой врач. Позавчера я был в Белоруссии и делал массаж тридцати женщинам! Сегодня вам помогаю. А завтра я улетаю в Париж», — в этот момент Али слегка дотронулся до груди Оли, рядом с подмышкой. Я заметила, что глаза у подруги вмиг округлились.

Меня вдруг затошнило, а вместо адреналина появилось чувство стыда. Мне стало противно от ситуации, в которой мы оказались. Всё бесстрашие тут же куда-то пропало. Я стала понимать, что согласиться на массаж в квартире незнакомого мужчины — это не приключение, а глупость. Неоправданный риск, который мог стоить жизни мне и подруге.

Очень хотелось скорее выбраться на улицу, добраться до хостела, лечь под одеяло и всё это выбросить из головы. Параллельно я вспоминала, какие предметы из моей сумки или одежды могут пригодиться для самообороны. Но ничего полезного с собой не было. Разве что толстый советский путеводитель в рюкзаке Оли. Я представила, как бью им с размаха Али по голове. Но это с какой же силой надо ударить, чтобы уложить двухметрового человека? От этих мыслей мне становилось ещё страшнее

Но вдруг массаж кончился. Абудабиец слез с Оли, подал ей одежду, и она — явно на ватных ногах — ушла приводить себя в порядок в ванной.

Я не сводила глаз с ключей. Ортопед Али, или кто там он был, надел носки и подошёл ко мне. «Мне кажется, у тебя проблемы с поясницей. Могу я посмотреть?» — спросил он. Я растерялась. Он повернул меня к себе спиной, а через секунду я почувствовала его дыхание над своей щекой и его руку у себя под юбкой. Я завизжала. Он дёрнулся и ослабил объятия. Я отскочила. Меня затрясло, от страха я начала задыхаться. Казалось, я потеряю сознание.

В этот момент появилась Оля.

Не помню, что было дальше.

Мы как-то выскочили из этой квартиры.

Я помню, что мы бежали.

Я держала Олю за руку и не оглядывалась.

А когда наконец мы остановились, я сунула руку в сумку, чтобы достать бутылку с «Рижским бальзамом». Но вместо неё наткнулась на свой мобильник. Не успев ни о чём подумать, я набрала номер мамы. И, услышав её голос, расплакалась.

***

Уже сильно позже, придя в себя и успокоившись, мы заметили, что пробежали несколько кварталов. Олина нога не болела. Я до сих пор не знаю, была ли это заслуга ортопеда из Абу-Даби, отложенное действие «Рижского бальзама» или такова была целебная сила страха.

Как бы там ни было, с тех пор мне больше совсем не хочется быть рискованной.

Иллюстрации