Изумрудный леденец для пропаганды

Коллажи: Tashita Bell
14 марта 2019

Сеансы антинаркотической пропаганды проходят в российских школах и культурных учреждениях регулярно. Подростки то рисуют картины на тему наркотической зависимости, то участвуют в конкурсах. Многие должны помнить и такой жанр, как видеоролики, которые показывали и показывают на уроках ОБЖ. Как правило, они максимально натуралистичные и жёсткие, но никто не может толком сказать, насколько эффективна эта работа. В рамках исследования места героина в Росссии и мире самиздат пообщался с людьми, которые снимали и снимают ролики о вреде наркотиков для российских школьников и выяснил, как с ними связаны группа «Крематорий», художник «Фиксиков» и Славянская церковь в США.

Реанимация тусовки

Для участников московского андеграундного клуба им. Джерри Рубина, который существует с 1992 года, наркозависимость долго была абсолютно обыденным явлением. Через неё прошли автор культовой для подростков нулевых песни «Прыгай вниз» Олеся Троянская (умерла в в 1995 году в возрасте 38 лет), вокалист групп «Тушка» и Applecore Алексей «Сучок» Сучков (умер 18 декабря 1999 года) и другие. «Покончил с собой вокалист группы „Химеры“, угорела на даче панкерша Бацилла, оставила сиротой годовалую дочку танцовщица Кэт из группы „Чудо-Юдо“», — перечисляется на сайте антинаркотического мультсериала «Ре-анимация».

«Ре-анимацию» придумала режиссёр, основатель клуба им. Джерри Рубина Светлана Ельчанинова. Идея родилась в конце 90-х внутри её тусовки, куда входили рок-музыканты, фотографы, художники и другие. Эти люди были далеки от здорового образа жизни, аккуратно говорит режиссёр в беседе с корреспондентом самиздата. С каждым годом ситуация становилась трагичнее.

Ельчанинова стала реже встречать своих знакомых на концертах в клубе. «Когда я начала выяснять, что случилось, оказалось, что многие сторчались, передознулись или просто бухают так, что деградировали и не могут доползти до клуба. Ни один концерт не обходился без наркотиков. Со временем с некоторыми даже стало невозможно общаться — они потеряли человеческий облик. У тех, кто смог справиться с наркозависимостью, родились дети с физическими и ментальными отклонениями. Сейчас многие искренне раскаиваются в случившемся, сожалеют, что в их жизни были наркотики», — говорит Ельчанинова.

Режиссёр решила исправить ситуацию. Сначала она постепенно меняла идеологию клуба в сторону straight-edge hardcore (ответвление хардкор-панк-субкультуры, которое отрицает употребление алкоголя, табака и наркотиков. — Прим. авт.):  приглашала выступать только музыкантов, которые ведут и пропагандируют здоровый образ жизни. Говоря о себе, режиссёр уточнила, что всегда придерживалась ЗОЖ: «Не обязательно быть внутри процесса или его частью, чтобы оценить его и разобраться».

В 2002 году 28-летняя Ельчанинова вместе с художником Олегом Пичугиным выпустила сборник антинаркотических комиксов. В 2005 году, после окончания ВГИКа по специальности «режиссёр анимационных фильмов», она решила снять серию мультфильмов о вреде наркотиков.

Персонажей для роликов Ельчанинова позаимствовала из собственных комиксов. Ещё на старте проект поддержали музыканты из клуба им. Джерри Рубина и согласились бесплатно предоставить свои песни. По словам режиссёра, работать над проектом вызвались около ста человек — художники-мультипликаторы, звукорежиссёры, сценаристы и другие. Большинство из них делали это абсолютно бесплатно, уверяет Ельчанинова. Над сериями работали, в том числе, известные российские мультипликаторы Павел «Хихус» Сухих («Как я похудел на 21 грамм») и Владимир Plemiaш Пономарёв («Mr. Freeman», «Фиксики»). Свою музыку для разных эпизодов предоставили группы «Пурген», Distemper, «АукцЫон», а также Найк Борзов, Маша Макарова и другие. Чтобы собрать такой трек-лист, Ельчанинова сначала сама связывалась с группами, а после музыканты приходили благодаря «сарафанному радио». В итоге ролики «Ре-анимации» становились полноценными клипами на песни рок-музыкантов. Так, например, появилось видео «Маленькая девочка» по мотивам хита «Крематория». По сюжету, героиня мультфильма сначала курит марихуану, затем нюхает кокаин, а после, во время галлюцинаций, привидение пугает её смертью от инъекционных наркотиков.

Первый сезон команда сняла за полтора года. Он состоял из 26 сюжетов и 15 серий хронометражем три-шесть минут. Премьера проекта состоялась 5 декабря 2007 года на рок-марафоне в клубе «Апельсин» (в июне 2008 года он закрылся. — Прим. авт.). Тогда собранные от продажи билетов деньги создатели «Ре-анимации» отправили в социально-реабилитационные центры для несовершеннолетних, вспоминает Ельчанинова.

Второй сезон мультсериала состоял уже из двадцати серий. По словам Ельчаниновой, тогда проект активно поддерживал Минкульт (суммы грантов она не раскрывает). Но с третьего сезона финансирование от ведомства постепенно сокращалось, из-за чего создателям приходилось сокращать количество эпизодов. Всего с 2005 по 2015 год команда Ельчаниновой выпустила пять сезонов и в общей сложности 62 ролика.

Мультфильмы «Ре-анимации» в рамках антинаркотической профилактики показывали в школах Москвы, Санкт-Петербурга, рассказывает Ельчанинова. Для демонстрации в эфире несколько серий купил канал «2х2», говорит режиссёр.

Самым ярким, по мнению автора проекта, получился вышедший в 2009 году мультфильм «Леденец». По сюжету, школьник возвращается домой с леденцом изумрудного цвета в руках. Мама не обращает на это внимания, а в это время мальчик впадает в настоящую зависимость от этого, на первый взгляд, безобидного лакомства. Любовь к изумрудному леденцу приводит к тому, что мальчик начинает терять части тела (глаз, ухо, ногу и так далее), а в конце концов рассыпается на части.

По словам Ельчаниновой, «Леденец» отличается от остальных мультфильмов «Реанимации» особой художественностью. «На фоне всех выпусков он менее карикатурен, более атмосферен. Поэтому „Леденец“ воздействует гораздо сильнее других серий», — полагает режиссёр. В итоге мультфильм стал флагманским выпуском проекта. Ролик получил около тридцати наград международных фестивалей, говорит Ельчанинова.

Авторы не стремились превратить мультфильмы в шедевры изобразительного искусства, объясняет Ельчанинова: важнее было сделать всё простым и доступным для подростков.

«Проблема [наркозависимости среди молодёжи] была на поверхности до середины нулевых — она ощущалась в каждом дворе, школе, клубе. Во второй половине двухтысячных наметился переворот, молодые люди начали переосмыслять свои ценности. Думаю, наш проект в этом безусловно помог. Появилась мода на ЗОЖ. Сейчас проблема наркозависимости среди подростков актуальна, но масштаб уже не такой всепоглощающий. Теперь наркотики — это скорее атрибуты весёлой и яркой жизни, а не повседневности и неблагополучия», — рассуждает режиссёр.

По словам Ельчаниновой, ей до сих пор пишут начинающие художники-мультипликаторы и авторы комиксов с предложениями о сотрудничестве. Режиссёр готова помочь им с продвижением, но возрождать «Ре-анимацию» не собирается. «Я потратила десять лет на этот проект. Мы всего лишь вдохновили творческих людей своим примером и показали, как при помощи мультфильмов можно рассказать школьникам о вреде наркотиков», — говорит Ельчанинова. 

По её словам, антипропаганда с помощью анимации эффективнее лекций наркологов. «Со специалистом подростки не будут откровенничать. А когда персонаж вымышленный, все проблемы [после просмотра] можно обсуждать открыто. И опираясь на опыт героя мультфильма, подростки смогут обсудить и собственные проблемы», — полагает режиссёр.

Ельчанинова вспоминает, что на старте многие художники и музыканты не верили в то, что проект может воздействовать на аудиторию. Но за время работы, по её словам, они сами отказались от вредных привычек. «Если сейчас я посмотрю весь список участников проекта, увижу, что почти все побороли вредные привычки», — утверждает Ельчанинова.

Служители из подвалов

«Мы решили не монтировать в фильм совсем уж страшные кадры. Хотя нам удалось снять человека, у которого в заднем проходе завелись ленточные черви. Они просто проели анус. Фильм и без этого получился достаточно шокирующим. Старшеклассники дважды — мальчик и девочка — падали в обморок. Учителя правильно сделали: привели их в чувство и заставили досмотреть. А если бы мы оставили кадры с червями, было бы ещё жёстче», — рассказывает корреспонденту самиздата Сергей Матевосян, автор документального фильма «Подвалы Дыбенко» и основатель реабилитационного центра «Новая жизнь».

В 90-е годы на улице Дыбенко на окраине Санкт-Петербурга было довольно пустынно. Но люди часто приезжали туда ради главной районной «достопримечательности» — Правобережного рынка, центра городской наркоторговли. Матевосян вспоминает, что там слонялось много подростков: под разными предлогами они клянчили у прохожих деньги на дозу. Получив её, дети отправлялись в подвалы близлежащих домов.

В 1995 году Матевосян решил заснять будни наркопотребителей на камеру. Он оговаривается, что никогда не хотел снимать кино: в начале 90-х занимался бизнесом, потом присоединился к протестантской общине в Петербурге. Однажды к нему за помощью обратилась знакомая прихожанка. Девушка попросила вместе с ней спуститься в подвалы Дыбенко, чтобы отыскать своего брата. Там Матевосян увидел около сотни людей, «которые заживо гнили и мучительно умирали в грязи, холоде и темноте». Вернуться туда он решил вместе с оператором.

«Я видел наркоманов до этого, но они не произвели на меня такого впечатления, как те, кто был в подвалах. Вернувшись, я буквально схватил знакомого оператора (солист петербургской рок-группы «Глас вопиющего» Алексей Черноволов. — Прим. авт.), который снимал свадьбы, и потащил туда. Я даже сам себе не мог объяснить, почему хочу снять весь этот ужас», — рассказывает режиссёр. Монтировать кадры в двухчасовой документальный фильм он не планировал. Тем более не ожидал, что «его переведут на иностранные языки, а после посмотрит полмира».

Первые 20 минут ленты обитатели подвалов рассказывают, как впервые попробовали героин, сколько лет страдают зависимостью, чем болеют и как хотят жить в будущем. Одновременно камера крупным планом демонстрирует язвы, гнойники на дистрофичных телах взрослых и подростков. Один из юношей, чьи конечности поразила гангрена, снимает штаны вместе с кожей.

Съёмки и производство фильма заняли около месяца. Режиссёр вспоминает, что его работе никак не мешали ни жители, ни милиция, а обитатели подвалов сами хотели попасть в кадр. «Наркоманы — достаточно коммуникабельные люди. Они не просили прекратить съёмку. Наоборот, некоторые даже начинали играть на камеру, охотно рассказывали о себе и своей жизни. Всем людям ведь иногда хочется побыть звёздами, и наркоманы — не исключение», — объясняет Матевосян.

Одновременно с исследованием подвалов он решил заняться реабилитацией его обитателей и создал в Ленинградской области центр-коммуну «Новая жизнь». После этого он приходил в подвалы не просто как наблюдатель с камерой. Матевосян, сначала вежливо, потом эмоционально, а при необходимости — грубо и с помощью манипуляций, предлагал наркоманам прямо с улицы Дыбенко отправиться на реабилитацию в коммуну на берегу Финского залива. Там зависимым предлагают заняться трудотерапией — сельским хозяйством, ловлей рыбы и так далее. Желающим в центре Матевосяна также помогут найти путь к господу. «Нам по барабану, какая конфессия, — для нас существуют только искренние и лукавые, равнодушные и неравнодушные. Вот с искренними и неравнодушными мы сотрудничаем, какую бы религию они ни исповедовали», — комментирует создатель «Новой жизни».

Широко известным проект Матевосяна стал в 1998 году — после выхода сюжета о «Новой жизни» в одном из выпуском «Взгляда». Телефон программы «несколько месяцев добросовестно работал» на центр. «Они позвонили и сказали, что нужно делать отдельную линию, потому что передача не справляется с количеством звонков — с ними пытались связаться желающие отправить на реабилитацию в „Новую жизнь“ родственников и друзей», — рассказывает Матевосян.

Работа «Новой жизни» вдохновила его снять продолжение хроники из подвалов Дыбенко, но показать уже излечившихся наркоманов. Матевосян хотел доказать, что надежда на выздоровление есть у каждого. Это был вызов врачам, которые считали наркозависимых людей безнадёжными, объясняет он. В финале «Подвалов Дыбенко» реабилитанты рассказывают о своей новой, «чистой» жизни: кто-то нашёл работу и уехал в родной город, кто-то остался «служителем» в коммуне. Но все единодушны в одном — «спасибо Господу, который помог вылечиться».

Почти пятнадцать лет Матевосян показывал «Подвалы Дыбенко» в разных регионах России в рамках профилактической акции для молодёжи. Часть просмотров проходила в рамках федеральной антинаркотической программы «Поезд будущего». Вместе с психологами, артистами, музыкантами, священниками и спортсменами Матевосян проехал от Москвы до Красноярска. Он рассказывал о возможности бесплатно вылечиться в «Новой жизни», общался с подростками. «Нам нужно было, чтобы после фильма и моих рассказов они сформировали личную позицию против наркотиков», — объясняет Матевосян. В конце каждой акции собравшиеся должны были продекламировать: «Наркотиков не будет в моей жизни, в жизни моих близких, моего города, моей страны».

Автор «Подвалов Дыбенко» рекомендовал показывать фильм школьникам шестых-одиннадцатых классов. Но, по его словам, педагоги не всегда прислушивались к этому совету. «Однажды на акцию учителя привели совсем уж мелких школьников — третий и четвёртый классы. Когда я спросил: „Зачем их?“ — мне ответили: „Пусть смотрят, чтобы как можно раньше понять, что такое наркотики“. Я думаю, что даже они всё поняли. Фильм действовал как вакцина», — вспоминает Матевосян. Помимо школ, «Подвалы Дыбенко» показывали в ПТУ, домах культуры Петербурга. Несколько сеансов состоялось в Украине и Белоруссии.

На современных подростков фильм такого эффекта не произведёт. Сейчас, по словам Матевосяна, «подростки более слабые, поэтому им нужно что-то другое... У них сильно размыты границы добра и зла. Если раньше мальчика можно было пристыдить тем, что он ведёт себя как девочка, то сейчас он ответит: „А что такого? Это нормально. Я мальчик-девочка“», — рассуждает Матевосян.

С корреспондентом самиздата автор «Подвалов Дыбенко» беседовал, находясь в США. В 2006 году к нему обратилась Славянская церковь США с просьбой открыть в стране филиал «Новой жизни». Центр New Life USA открылся в феврале 2007 года.

Пока Матевосян развивал центр в Штатах, коммуной «Новой жизни» в Ленинградской области заинтересовалась ФСБ. В ноябре 2012 года силовики пришли в реабилитационный центр с обысками. В организации это объяснили вниманием правоохранителей к фонду «Город без наркотиков» Евгения Ройзмана (за несколько дней до этого силовики также провели там обыски) и интересом рейдеров к территориям центра. Источники «Газеты.ру» в правоохранительных органах рассказали, что проверки связаны с жалобами местных жителей на незаконную деятельность «Новой жизни» и обращение с реабилитантами.

По словам Матевосяна, в разное время РПЦ и «Единая Россия» предлагали центру сотрудничество. «Нападки» начались после того, как он ответил отказом. «Ни одна церковь не может достичь результатов, которых достигла „Новая жизнь“ в реабилитации наркозависимых», — объясняет Матевосян.

Уважаемые омичи

Закадровый голос знакомит зрителя с тремя героями: улыбчивой педиатром-реаниматологом Леной, радостным тренером по сноуборду Пашей и наркоманом Димой с отсутствующим взглядом. «Если ты думаешь, что Паша и Лена больше похожи на тебя, а Дима — инопланетянин и никакого отношения к тебе не имеет, то поздравляем: ты сделал первый шаг, чтобы повторить Димину ошибку и его судьбу», — так начинается ролик «Выбор» омской ассоциации реабилитационных центров «Содружество». Следом эксперты приравнивают употребление алкоголя к наркомании, называют этиловый спирт сильнодействующим наркотиком, а хмель — ближайшим «родственником» конопли.

Для автора ролика — главы «Содружества» Евгения Величева — это первый опыт в съёмке короткометражных фильмов. До этого он снимал только короткие социальные ролики. Но на сегодняшний день его короткометражки более успешны.

В 2017 году омич Величев выиграл конкурс МВД России «Спасём жизнь вместе!» на лучший социальный ролик против наркотиков. Видео под названием «Ты знаешь, как надо» стало не только победителем народного голосования (его поддержали 16,5 тысяч пользователей), но и лучшим по мнению жюри.

Этот ролик Величев снял на базе «Содружества». Он возглавляет организацию с 2016 года. Именно с его приходом ассоциация начала регулярно снимать антипропагандистские ролики о наркотиках. В этом заслуга не только Величева, но и его оператора. По словам Евгения, напарника он нашёл себе среди хейтеров в комментариях к опубликованному ролику во «ВКонтакте». Сначала Величев предложил собеседнику «самому сделать ролик». А спустя полгода комментатор решился предложить свои услуги. В итоге тандем снял уже больше тридцати роликов — о вреде наркотиков и о психологии.

«Мы делаем эти ролики по-человечески, качественно и вкладываем в них душу. Хочется, чтобы этими материалами пользовались другие люди. Участие в конкурсах помогает сделать так, чтобы о нашей организации узнали», — говорит Величев в беседе с самиздатом. Ролики Величева также регулярно показывают старшеклассникам местных школ.

Съёмочная группа обычно состоит из трёх человек: оператор, ассистент и сам Величев, который совмещает функции режиссёра, актёра и сценариста. Кроме себя, он задействует в роликах и других людей. Например, для видео «Откажись от наркотиков» он пригласил известных омичей: боксёра Александра Шлеменко, ведущих Нелли Скабелкину из омской ГТРК и Ольгу Юсупову из РБК. Величев пояснил, что «на известные и уважаемые лица люди лучше реагируют». 

Среди всех антинаркотических роликов «Содружества» самым дорогостоящим стал семиминутный фильм «Выбор». Только за пост-продакшн с 3D-эффектами пришлось заплатить примерно 100 тысяч рублей.

Величев подчёркивает, что не обращается за финансовой поддержкой в администрацию города. Но при этом он уверен: если такая потребность возникнет, у «Содружества» есть все шансы.