Александр Маккуин: бунт в шортах
Текст: Артём Андронов
/ 02 ноября 2018

Эпизод документального сериала 2001 года «Masters of Style», посвящённый уже популярному на тот момент «хулигану мировой моды» Александру Маккуину, начинается с того, что крайне повседневно одетый дизайнер играет в парке с псом (собаки — его страсть). На Маккуине простое поло и шорты. Неброский внешний вид фронтмена модного дома Givenchy совсем не похож на гротескные, пышные образы из коллекций дизайнера, сделавших его мировой звездой и креативным директором французского fashion-гиганта, но в этом нет ничего удивительного, ведь из контрастных деталей состояли вся жизнь и проекты создателя бренда Alexander McQueen. В честь премьеры фильма «Маккуин» самиздат попросил журналиста Артёма Андронова освежить в памяти биографию одного из самых спорных и радикальных представителей высокой моды.

Ли Александр Маккуин родился 17 марта 1969 года, став шестым ребёнком в семье лондонского таксиста и школьного учителя. Будущий дизайнер рос в Ист-Энде, депрессивной части Лондона с дурной репутацией. По собственным воспоминаниям, примерно с трёх лет Маккуин-младший начал проявлять интерес к орнитологии и рисованию, а позже, в подростковом возрасте, занялся созданием своих первых эскизов одежды. По пути моды тинейджера направила мать. Джойс Маккуин увидела в новостях сюжет о поиске учеников в ателье на Севил Роу и, зная об увлечении сына, порекомендовала ему попробовать себя. В шестнадцать лет бросивший ради моды школу Ли Маккуин был принят в популярное ателье Anderson & Sheppard и посвятил себя миру люксового мужского костюма, работая для принца Чарльза, Кельвина Кляйна и Михаила Горбачёва. О годах в Anderson & Sheppard Маккуин вспоминал как о «полном кошмаре», но отмечал, что этот опыт сделал его сильнее и так же, как следующая работа — костюмером в театре, дал прекрасную теоретическую подготовку и понимание основ создания образов.

После смены вектора на высокую моду и работы в команде Кодзи Тосумы Маккуин отправился в Милан, где около года сотрудничал с дизайнером Ромео Джигли, затем вернулся в Великобританию и был принят на факультет моды в колледж Сент-Мартинс, оплатив образование благодаря тёте Рене, одолжившей племяннику 4000 фунтов стерлингов. Во время учёбы в престижном учебном заведении Маккуин сконцентрировался на своей карьере дизайнера и, благодаря первым проектам, попал под протекцию вхожей в высшие модные круги стилистки и fashion-редактора Изабеллы Блоу. «В то время в его работах преобладали красивые короткие жакеты и пальто в стиле XVII века, — вспоминала Блоу. — Я не могла купить всю коллекцию сразу, но постепенно, тратя по 200–300 долларов, выкупила её целиком, а затем заказала наряды для себя и мужа. Это была фантастика». «Можно сказать, она вывела меня в люди», — говорил о роли своей покровительницы сам дизайнер.

Благодаря таланту и лоббизму Блоу уже тогда потенциально провокационные коллекции Ли Маккуина, превратившегося благодаря её совету в Alexander McQueen (по мнению Блоу, это имя звучало «более стильно»), начали попадать на London Fashion Week и сразу же собрали вокруг себя споры, скандалы и волны противоречивого хайпа, подарившие их создателю ненавистную ему репутацию хулигана и бунтаря. Одна из первых коллекций Маккуина не прошла цензуру Британского совета по моде, заставившего дизайнера смягчить тон, а за свой ранний хит — провокационную коллекцию в кельтской эстетике Highland Rape (Изнасилование в горах) — её создатель был обвинён в мизогинии, однако, несмотря на его сомнительную репутацию, многие обозреватели поддержали дизайнера. «Я не думаю, что он решил поиграть в плохого мальчика, — говорил Колин Макдауэлл из Fashion Today. — В Англии того времени были сильны классовые, социальные разногласия. Это находило отражение в его проектах. Кроме того, наверняка сыграло роль, что Маккуин был геем и чувствовал себя аутсайдером, изгоем. А ещё — особенная злоба, присущая тинейджерам, и желание шокировать. Это — способ заставить общество задуматься. Наверное, так делали панки, и панковский менталитет Александра Маккуина нашёл выход через то, что он создавал». Сам Маккуин всегда отрицал обвинения в свой адрес. «Меня всегда неправильно понимали, — негодовал он, вспоминая о скандале с темнокожей моделью, появившейся на подиуме на одном из его показов в «платье», стилизованном под клетку. — Это был показ, в котором модели предстали в образе кукол, а все стали причитать: „Зачем вы посадили модель в клетку?“, хотя на самом деле при создании этого образа мной руководили эмоции. Я просто хотел, чтобы она выглядела как кукла». Помимо этических обвинений, жёсткой критике за непрактичность и невозможность использования в реальной жизни подвергались и сами коллекции дизайнера, особенно так называемые «бамстеры» — предметы гардероба с заниженной талией, активно используемые в авангардных проектах раннего Маккуина, однако именно они в итоге легли в основу сверхпопулярного в 90-е и нулевые тренда, прежде всего джинсового.

Однажды утром, в один из дней 1996 года, когда Ли Маккуин лежал в постели со своим бойфрендом, зазвонил телефон: это было деловое предложение. Несмотря на репутацию бунтаря и хулигана, а также тот факт, что молодой дизайнер создал всего лишь восемь собственных коллекций, один из лидеров модного мейнстрима — корпорация Givenchy — предложила ему занять место ещё не признавшегося публично в антисемитизме Джона Гальяно и возглавить компанию. Ранее называвший коллекции французского fashion-гиганта «грудой мусора» Маккуин согласился принять предложение. «Мне отлично заплатили», — аргументировал он.

В Givenchy Маккуин во многом изменил внутреннюю деловую этику компании, сделав её гораздо более демократичной. Он сам работал с портными и обедал в общей столовой со всеми сотрудниками. «Для всей команды — от меня до людей за швейными машинками — он просто Ли», — говорила стилист Кейти Инглэнд. В остальных аспектах компания и дизайнер постоянно конфликтовали. Начиная с провальной дебютной коллекции на тему мифа о «Золотом руне», которую позже сам Маккуин в интервью Vogue характеризовал как «дерьмо», дизайнер практически не влиял на маркетинг и рекламу, требуя при этом полного управления. Конфликтная ситуация всё усугублялась — и Маккуин покинул Givenchy, позволив при этом в декабре 2000 года конкурентам французского модного гиганта из Gucci Group купить 51 процент собственного бренда. «Я плохо относился к Givenchy и сотрудничал с ними только ради денег, — говорил он. — Но я ничего не мог сделать. Компания должна была позволить мне изменить всю концепцию дома, это была единственно возможная стратегия, но они не захотели позволить мне сделать это».

Комментируя покупку Alexander McQueen и решение оставить её создателя в руководстве бренда, генеральный директор Gucci Group Доменико Де Соле выразил уверенность в том, что Маккуин нужен компании для её роста. «Вопрос, который я должен был задать себе, потому что это моя работа, — действительно ли он обладает достаточной силой и талантом, чтобы превратить Alexander McQueen в глобальный бренд? Я думаю да, иначе наш союз был бы невозможен».

Весной Маккуин представил свою первую коллекцию, созданную уже под флагом Gucci Group. Шоу открылось с пафосного появления человека в капюшоне ведущего на поводках двух волков. «Умно. Но это всего лишь реквизит. Остальное было просто одеждой», — резюмировал автор британского i-D Magazine Ник Комптон. Выступая под флагом Gucci Group, Маккуин был не столько бунтарём и художником, сколько бизнесменом, главной целью которого были продажи, а уже потом созидание. «Я не цирковой пони, — говорил он. — Я игрок, серьёзный игрок. Это был идеальный ход в нужный момент. Это было то, что нужно». По словам британского дизайнера, Alexander McQueen должен был представлять из себя бренд современной роскоши: «Бренд роскоши XXI века, но не настолько коммерческий, как Calvin Klein. Нет, это будет лучше и умнее». В 2008 году генеральный директор PPK Gucci Group Франсуа-Анри Пино писал об успехе Маккуина: «Наша бизнес-модель, отличные современные коллекции и строгий контроль бюджета принесли результаты, которых мы хотели... Он не только зрелый и яркий дизайнер, но и бизнесмен, так как владеет половиной компании».

Открытый гей Ли Маккуин почти не имел серьёзных романов, его единственный брак развалился на второй год, а о перспективе завести детей он говорил, что видит себя отцом исключительно своего бренда. Смерть Изабеллы Блоу в 2007 году стала большой трагедией для дизайнера, и несмотря на то, что в последние годы их отношения были разрушены — вероятно, из-за обиды стилистки на то, что бывший подопечный не взял её в команду Givenchy, — он тяжело переживал утрату своей покровительницы и посвятил ей коллекцию La Dame Bleue. Имевший положительный ВИЧ-статус Маккуин находился в тяжёлой депрессии, говорил о планах покончить жизнь самоубийством в финале своего последнего показа Plato's Atlantis (Плато Атлантиды) и, по воспоминаниям его друга, фотографа Дэвида Лашапеля, в последние дни жизни употреблял большое количество наркотиков.

3 февраля Маккуин сообщил в своём блоге на сайте Twitter о кончине матери. Через четыре дня там же он признался, что пережил «ужасную неделю», но добавил, что «друзья ему здорово помогли» и он смог взять себя в руки. А утром 11 февраля домработница дизайнера нашла Маккуина повешенным в собственном доме. На мемориальной церемонии 20 сентября присутствовали Сара Джессика Паркер, Кейт Мосс и Леди Гага. Бьорк, для которой дизайнер снял три клипа, посвятила Маккуину песню, а президент Gucci Group Роберт Полет заявил, что бренд Alexander McQueen продолжит своё существование и после смерти его создателя. Возглавила компанию Сара Бертон, которая много лет была членом команды дизайнера. 50 000 фунтов стерлингов из своего состояния Ли Александр Маккуин завещал своим собакам и ещё по 100 000 фунтов стерлингов — благотворительным организациям, помогающим животным.

Текст
Москва