Таро как система: интервью с Олегом Телемским
Иллюстрация: Екатерина Щекина
31 августа 2017

Изучив жизнь и работу тарологов, «Батенька» решил не останавливаться и узнать, что такое Таро как символическая система и как ей пользоваться. Мы уже публиковали перевод краткого гайда по таро Пола Фостера Кейса, а сегодня решили поговорить с настоящим телемитом. С 2009 года в Москве действует интеллектуальный клуб последователей Телемы Алистера Кроули «Касталия», который возглавляет издатель, автор книг и арканолог Олег Телемский. Наш магический разведчик Дмитрий Левин поговорил с лидером проекта и узнал, что секс — это святыня, Алистер Кроули предвосхитил эмансипацию, а человеческое «Я» похоже на кубики «Лего».

Считаю нужным кое-что прояснить. Я не таролог в классическом смысле слова: не занимаюсь платным консультированием по Таро, гаданием и другими оккультными услугами. Я скорее арканолог, философ Таро. Лекции, обучающие курсы, медитация — вот чем я занимаюсь. Карты мне интересны прежде всего как символическая система души. А на мой взгляд, Таро — одна из самых совершенных символических систем.

Я не против гадания, но благодарю моих богов за то, что у меня есть другие источники дохода.

Гадание, тем более для чужих людей — чрезвычайно энергозатратный процесс. Женщинам оно даётся гораздо легче. Я с чистой совестью передоверил эту часть деятельности клуба своей сестре. Меня радует её подход, отличный от типичного «а погадаю-ка я на дальнюю дорогу и казённый дом». Она обращается к глубинным уровням воображения, помогает клиенту установить связь с образами души и найти неповторимое решение проблемы, исходя из выпавших образов. За отдельную плату она даже создаёт терапевтическо-магические сказки.

Я не против гадания, но благодарю моих богов за то, что у меня есть другие источники дохода: философия, психология, лекционная, издательская и писательская деятельность. Возьми я на себя ещё и практический аспект, меня бы просто порвало на куски.

Какой была ваша жизнь до Таро?

В 1999-м я был совершенным материалистом. Тогда я многие годы искал психоаналитика, но жил в глухой провинции — движение у нас было совсем не развито. Единственным психологическим «чудом света» был трансперсональный психолог Сергей. Мне говорили, что он «анализировал сны». Альтернативы не было. Я пришёл на его занятия, но был осторожен: подчёркивал, что меня интересует только проработка эдипова комплекса по Фрейду и я клал на любую духовность. Постепенно его спокойная, лишённая типичной провинциальной экзальтированности позиция меня расположила. Я стал посещать все его занятия.

В конце года со мной произошло самое важное — пробуждение Кундалини. Кто-то в это не верит, кто-то считает невозможным. Кто-то, напротив, приписывает Кундалини каждую вибрацию. Пережитый опыт я весьма подробно описал в своей книге и скажу честно: это действительно было крушение старого, материалистического мифа. Согласитесь, что, когда на своём опыте сталкиваешься с чтением мыслей, предвидением, вибрациями энергии — а до этого ни о чём таком и не думаешь — это производит впечатление.

В моём мировоззрении Телема и юнгианство — это как две руки: одна дополняет другую и совершенно ей не мешает.

К сожалению, Сергей оказался другой ориентации и всячески пытался воздействовать на меня. Между нами произошёл разрыв. После этого я долго разбирался в себе и в конце концов остановился на юнгианской психологии. Карл Юнг плавает в тех же водах, что и оккультисты, но без высокопарности, которая так оскорбляет эстетическое чувство. Это мне очень нравится.

Ещё через три года я совершенно случайно открыл для себя Кроули и был поражён, насколько популярное представление не соответствовало тому, что такое Телема на самом деле. Вооружённый Юнгом, я легко осмыслил базовые идеи и символы Телемы. В моём мировоззрении Телема и юнгианство — это как две руки: одна дополняет другую и совершенно ей не мешает. Тогда же я связался с телемитами, вступил в Орден, прошёл посвящение. И спустя несколько лет уже развивал свой проект, посвящённый интегральному подходу «между Юнгом и Кроули». «Касталия» выросла в уникальное явление в нашей оккультной культуре и в культуре вообще. В какой-то момент клуб стал понемногу окупаться и приносить деньги. Уже года четыре я могу позволить себе жить за счёт лекций и продаж книг.

Расскажите про «Касталию» подробнее.

Цель проекта — формирование адекватного и культурного эзотерического дискурса, проведение лекций лучших специалистов (один из сильнейших ведущих Григорий Зайцев — это профессор искусствоведения и композитор с мировым именем, а также автор книг по Таро), переводы и издания малотиражных книг. Кроме того, мы заняты написанием собственных книг и статей. Наши собрания проходят в Москве каждую неделю. Там я читаю лекции по символизму арканов.

«Рассматривать Таро только сквозь призму гадания — скучно».

Случалось ли, что из-за увлечения оккультизмом возникали разногласия с близкими?

Все мои близкие — это люди, с которыми я начал общаться на почве общих интересов. Было бы странно конфликтовать из-за них же. Я вообще не понимаю тех, кто будучи мыслителем, философом или практиком, общается в совершенно профанной среде, а потом сокрушается: какие же его близкие непонимающие идиоты! Ребята, сейчас эпоха интернета: вы сами определяете своё окружение!

Существует ли конкуренция на рынке оккультных услуг, связанных с картами Таро?

Не забывайте, я не таролог. Я арканолог. А много ли нас, арканологов? Какая уж тут конкуренция — наоборот, всеми силами друг друга поддерживаем.

Понимаете, рассматривать карты исключительно сквозь призму гадания — это скучно. Дико злит, когда среди ста книг по таро только три-четыре содержат в себе что-то оригинальное. Большинство не отличается ничем особенным. Это сплошь переписывание значений и конструктор раскладов «сделай сам», которым, судя по всему, авторы пользовались одним и тем же. Недавно зашёл в эзотерический магазин — смотрю, книга «Истинная история таро». То-то я обрадовался. Начал листать: расклады, расклады, расклады. Везде одно и то же. Мне интересны более глубинные измерения.

Хорошо, а о предсказании будущего что думаете?

Думаю, у нас нет культуры понимания дивинации (искусства гадания — примечание редактора). Предсказание воспринимают либо как ни к чему не обязывающую салонную игру — в духе «погадай-ка мне, цыганка» — либо верят в какую-то фундаментальную предопределённость всего и вся. А между тем Таро показывает вовсе не заданное будущее, а только наиболее вероятное.

Наша реальность имеет квантовую природу: возможны самые разные вариации событий. Поэтому правильный запрос — не «что будет», а, скажем, «каков наиболее вероятный исход, если я пойду этим путём». Предпосылки будущего в настоящем. Именно из этого Таро и показывает нам картину.

Кроме того, карты дают великолепную возможность выйти из жёстко заданной картины страхов и надежд, взглянуть на ситуацию под неожиданным углом. Правильно заданный в точке выбора вопрос может определить всю жизнь. Это своего рода духовная практика, диалог со своим Глубинным Подлинным «Я», где Таро выступает как связующая система. Потому и правильное название гадания — это дивинация, от английского «divine» (сакральное, священное).

Отдельно надо выделить прорицания на год в значимую дату зимнего солнцестояния. Вопрос здесь не столько «что будет», сколько «под каким знаком пройдёт этот год». На моей памяти эта система всегда давала точный ответ.

Каким образом работают карты как философская система? Как эту систему можно использовать для изучения мировых философских систем или каббалы?

Карты Таро — в сущности, единая карта: души, внутренней бесконечности, психической реальности — такой, которая не менее, а порой и более реальна, чем реальность физическая.

Императрица
Император
Колесничий

Например, есть Императрица — архетип Матери, алхимическая соль. Есть Император — архетип отца. Есть Колесничий — странник за Святым Граалем. Каждый образ соответствует очень глубокому измерению души. Речь идёт об архетипической реальности глубинных уровней нашей психики, с которой мы взаимодействуем. Образы арканов мы узнаём в мифах, литературных произведениях, популярных сюжетах. Важно научится думать на языке Таро — это выльется в гораздо более утончённую и многогранную эмоциональную жизнь. Так устроен человек: для чего у него нет имени или образа, того не существует.

Поверьте, через некоторое время вы убедитесь, насколько пластична наша реальность.

Карты используются в духовных практиках. Например, берёте колоду, выбираете аркан, выписываете его соответствия. После занимаетесь активным воображением или магическим ритуалом — это зависит от того, в каком дискурсе вы хотите поговорить. Поверьте, через некоторое время вы убедитесь, насколько пластична наша реальность и как сильно к нам притягиваются вполне осмысленные события, связанные с этой картой. Это потрясающе.

Таро для меня являются: во-первых, картой психической реальности; во-вторых, особой священной иконографией, связанной с глубинными уровнями души и дающей к ним доступ; в-третьих, инструментом для наиболее полного понимания актуальной ситуации и диалога с Истинным «Я». Конечно, за разными колодами стоят разные этические и философские системы. В своих лекциях я делаю акцент на символических различиях наиболее популярных колод — например, отличиях между Таро Уайта и Таро Тота. Размышляя над отличиями колод друг от друга, можно прийти к интересным прозрениями.

Какими ещё колодами, помимо Таро Тота, пользуются телемиты?

Целым классом телемитских колод, которые созданы внутри традиции. Все они суть расширение смыслового поля Таро Тота. Это Таро Вечных звёзд, Via Tarot, Таро Дюккета, Таро Золотого змея. Каждая из этих систем — телемитская, но в чём-то отличная от Таро Кроули.

Вы поймите одно: аркан — это архетип. Конкретное изображение аркана — это, соответственно, архетипический образ. Их у архетипа может быть хоть сто тысяч. Разумеется, все сто тысяч изучить мы не сможем. Однако если мы фокусируемся только на одном визуальном ряде, то просто не можем понять глубинную логику архетипа.

С чего начать изучение Таро? Какие книги — самые полезные?

Начну с книг, которые были изданы не нами. Не хочу быть обвинённым в злонамеренной рекламе.

Самое лучшее, что я читал по Таро для начинающих, — это книга Хайо Банцхафа «Таро как путь героя». Её давно не переиздавали, но в сети найти проще простого. Также на меня произвела огромное впечатление книга Дова «Марсельское таро». Прежде всего поразил творческий подход автора: он свободен от какого-либо интерпретирования. Дов учит извлекать интерпретацию из карты или сочетания карт самостоятельно.

Само собой, Алистер Кроули, «Книга Тота». Но для начинающих она едва ли пойдёт. Кроули писал её для близкого круга, с которым лет двадцать общался. Около пяти лет у меня ушло, чтобы более-менее понимать эту книгу. Но это беспрецедентная глубина.

Конечно, свою книгу рекомендую. Особенно вторую, более зрелую — «Таро для всех и для никого». В ней Таро объясняется как надо — исходя из полноты смыслового поля, без занудных привязок к конкретике. В издательстве она закончилась, и я крайне опечален тем, что они не спешат допечатывать тираж.

Теперь о книгах «Касталии».

Мы планируем выпуск книги «Другое таро» Макса Бекарюкова. Тут совсем иной пласт: в его книге карты рассматриваются как инструмент психотерапии с позиции профессионального врача.

Очень рекомендую работу Григория Зайцева. Про него я могу одно сказать: это единственный арканолог в русскоязычном пространстве, который реально пошёл дальше меня. При этом его огромная книга посвящена только семи арканам, а следующий том планируется к выходу в сентябре. Уверяю, по глубине исследования каждого аркана Григорию просто нет равных.

Тут надо сказать, что у русскоязычной публики есть одна печальная склонность — это боязнь русских фамилий. Какой-то бессознательный культурный комплекс неполноценности. Ты предлагаешь человеку сильную вещь, а он нос морщит: «Автор же русский, чего он мне скажет нового?» Зато даёшь им какого-нибудь Джона Смита — и сразу штук десять покупателей. Да у этого Джона Смита пересказ банальностей, может быть, пока в современной русской школе идёт реальное культурное движение! Книга Григория Зайцева, с моей точки зрения — вершина Таро-дискурса. Но сообщество её оставило практически незамеченной. Тут даже не в несбывшемся доходе дело. Мне по-человечески обидно, что лучшее в тени остаётся.

Из западных авторов, которых мы издали, хорош Дюккет — для углублённого понимания Таро Кроули и в качестве подготовки к чтению самого Кроули. Реально помогает. Интересен Алехандро Ходоровский своим детальным разбором каждого фрагмента карты. Сейчас мы готовим настоящий шедевр — «Историю оккультного таро». Полное погружение в историю разных школ.

Про внутренние ограничения

Я телемит. Для меня нет слов «приемлемо» или «неприемлемо». Для меня есть «целесообразно» или «нецелесообразно». Другое дело, что я вообще крайне редко обращаюсь к магическим техникам. Я не склонен к грубым вторжениям и влияниям на реальность. Как служитель Лилит, я думаю, ей виднее, что мне сейчас нужно. Но должен признаться, что если уж меня аффект захватил, то тушите свет. Прецеденты были.

Про любимые карты

Их две. Количество — это принципиальный момент. Эти карты представляют два определяющих меня принципа, и не обозначить какой-то из них — значит предать одну из своих ведущих сил. Мои любимые карты — это пятый аркан, Иерофант, и одиннадцатый аркан, Вожделение. Логос и сексуальность. Пятый аркан, чтобы лучше словом владеть, я выбил у себя на груди. Детальнейшая прорисовка, несколько сессий по пять часов.

Иерофант — это Слово. Помните Евангельское «Вначале было слово, и слово было Бог»? Вся философия двадцатого века, хоть и напрочь атеистична, пришла к похожим выводам: ничего, кроме слова и речи, кроме определённым образом структурированного дискурса, не существует. А кто определяет дискурс, тот определяет реальность.

О чём я говорю: в старых колодах Иерофант изображался либо как папа римский, либо как египетский жрец. Перед ним — два коленопреклонённых епископа, которым он даёт благословение. Алистер Кроули, бунтарь и сторонник абсолютной свободы, не мог такого стерпеть. Его Иерофант — безо всяких коленопреклонённых служек. Он — чистый логос, который идёт из его центра — из сердца, из пентаграммы, в которой танцует ребёнок. Перед ним — Жрица, что открывает врата познания. В Новом Эоне женщина — больше не пассивный сосуд, но носитель логоса. Это Кроули писал за двадцать лет до феминистической революции! И это ведь даже не предсказание в популярном смысле, а просто пребывание на причинно-следственном уровне и понимание, к чему всё идёт.

Я надеюсь, мне удалось объяснить, в чём разница. Старый жрец — это общий для всех. религиозный закон. Новый — это дитя в звезде, танцующие смыслы. Это божественная игра в бисер, где каждый, кто имеет Силу и Волю, строит свой логос и свой дискурс изнутри подлинного бытия, а не руководствуясь внешними авторитетами.

Вторая любимая карта — одиннадцатый аркан. Тут Кроули даже название поменял, чтобы показать разницу. В прошлой эре — Сила: подавляющий инстинктивную природу символ воли. В новой эре — Вожделение: олицетворение сексуальности, обнажённая богиня верхом на солнечном звере, пьяная от бесконечных оргазмов. Для настоящего телемита секс — это священнодействие, таинство. Настоящий телемит свободен как от ветхих концептов «греховности», так и от всякого рода человеческих манипуляций и давлений. Сексуальность есть чистое наслаждение.

Логос и эрос, мысль и чувственность. Это два моих основных принципа.

Иерофант, пятый аркан
Вожделение, одиннадцатый аркан

Про веру в высших существ

Я ни во что не верю. Говоря о гносеологической модели, я последователь Канта: знаю, что есть мир феноменов и постижимых умом явлений — физических, мысленных, образных. А реальность так, как она есть, нам недоступна. Достаточно сместить наше восприятие хотя бы жалкой бутылкой водки, и мы будем видеть реальность иначе.

Поэтому никогда не рискну говорить, как оно НА САМОМ ДЕЛЕ. Если кто-то говорит это самое «НА САМОМ ДЕЛЕ» — перед вами философский дилетант, средневековый мракобес или просто маразматик.

В моём агностицизме есть одно «но». Я доверяю своему опыту — как физическому, так и духовному. Скажем, если я вижу зелёный цвет, не нужно каждый раз говорить, что ёлка кажется зелёной. Точно так же, как если я переживаю архетип Лилит, Нахемы, Азазеля или Люцифера, мне не надо обязательно уточнять, что речь идёт о «психическом переживании».

Есть вполне конкретные и очень значимые для меня архетипические переживания. Их я в меру своих сил описал в последней книге «На тёмной стороне луны». И сделал это со всеми философскими предосторожностями. Но правда в том, что на субъективном уровне эти переживания для меня не менее реальны, чем клавиатура, на которой я печатаю. Соответственно, я почитаю эти архетипы или богов так, как это соответствует их мифу. А что на самом деле — не ведаю.

Самый страшный грех — это...

...отказ от знания. Сознательное предательство сознания, логоса и мысли. Эдакая обезьянка: не вижу, не слышу, не говорю. Мы отказываемся от идущей к нам информации, потому что боимся за собственный образ мира. С новой информацией можно не согласится, отвергнуть, счесть неважной. Однако нежелание знать нечто само по себе — с моей точки зрения, худший грех. Формально в Телеме нет понятия греха, но если брать изначальную этимологию «не попасть в цель из лука», то было бы слишком оптимистично предполагать, что мы всегда и во всём выбиваем в мишень десятку.

Про смерть и то, что после

Вы уже третий, кто меня про смерть спрашивает за неделю. Не нравится мне это — может, подстерегает меня где-то поблизости. Как и любой биологический субъект, я боюсь смерти. Кто говорит иначе — либо лжец, либо идиот. Другое дело, что в определённых случаях человек может победить свой страх и пойти на риск для жизни. Это один из обязательных аспектов Суверенности по Батаю.

Что касается того, что будет после смерти — как вы понимаете, точного знания у меня нет. Красота жизни в том, что этот её аспект до конца остаётся сокрытым. Сколько бы ни убеждали себя в знании окончательного ответа, это не знание, а только самовнушение.

Что нам кажется нашим «Я» — это не монолит, а всего-навсего конструктор «Лего».

Между тем у меня есть личная мифология, в которую я не то чтобы свято верю, но считаю очень вероятной. Однажды к Юнгу подошла его ученица и спросила: «Что вы думаете о жизни после смерти?» На что Юнг ответил: «Для вас должно быть совершенно неважно, что я думаю об этом. Единственное, что важно — это что думаете вы». Иначе говоря, стоит сформировать хотя бы набор приблизительных моделей, свой личный миф.

Так вот я думаю, что большинство людей рассыпаются. Что нам кажется нашим «Я» — это не монолит, а всего-навсего конструктор «Лего». Ударила смерть — конструктор рассыпался. Потом кармическими ветрами его пересобрали в разных сочетаниях и комбинациях. В одном человеке может быть несколько десятков элементов такого конструктора.

Это очень близко буддийской доктрине Анатмавады. И всё же я надеюсь, что преданность моим богам, пронесение их логоса и служение им даёт мне шанс. Тантрики называли это «переплавить тело в меч», то есть сохранить относительную идентичность и стать орудием, манифестацией воли моих богов уже на уровне более тонких планов. Я допускаю, что ошибаюсь и что есть только этот рассыпающийся конструктор «Лего». Распалось тело, распалось моё «Я», разлетелось на десятки осколков — и снова воплотилось. Но архетипический трансперсональный опыт настолько силён и настолько не властен над временем и пространством, что я не считаю такую гипотезу совсем неправомерной.