В мире больше 20 миллионов людей с шизофренией. Только 15 % из них после постановки диагноза полностью возвращаются к прежней жизни: избавляются от симптомов, сохраняют когнитивные функции, работу, семью и дружбу. Доказано, что шизофрения снижает шансы на родительство и вступление в брак и увеличивает риск разводов. Но люди с таким диагнозом нуждаются в близких отношениях не меньше, чем все остальные. Репортёр Лена Чеснокова изучила группы, чаты и форумы, где пользователи с шизофренией знакомятся, и рассказывает, за что они не любят Тиндер, какие требования предъявляют к партнёрам и что бывает, когда знакомства приводят к серьёзным отношениям.
Исследование: как шизофрения изменяет мир
Шесть дней в неделю 30-летний Павел (имя изменено по просьбе героя) раздаёт флаеры на московских улицах. Он зарабатывает на этом 25 тысяч рублей в месяц, что его не устраивает. Павел всегда мечтал о семье и детях, но понимает, что с такой зарплатой ему не хватит денег на жизнь в Москве. Он уверен, что низкий доход — главная причина, по которой ему не удаётся завязать отношения с женщинами. Павел закончил МГТУ имени Баумана по специальности «промышленная логистика», но никогда по ней не работал.
Ещё до университета, в 16 лет, у него впервые случились галлюцинации: он был уверен, что видит летающие тарелки. В 27 лет, когда Павел уже четвёртый раз лежал в психиатрической больнице после очередного приступа психоза, ему сообщили диагноз — параноидная шизофрения. «Во время обострений я мог стоять на одном месте несколько минут и агрессивно реагировать на прохожих, — вспоминает Павел. — В итоге меня забирали менты, а потом передавали санитарам. Агрессия моя, я считаю, связана с недостатком денег и любви. Я всегда завидовал богатым и женатым. А глюки были в основном про известных людей: мерещились Путин, Клеопатра, Медведев».
К 30 годам у Павла за плечами шесть госпитализаций, столько же острых психотических приступов и никакого опыта длительных отношений. Больше всего он переживает из-за недостатка сексуальных навыков: «За всю жизнь секс у меня был три раза — только с проститутками. Первый случился в 18 лет. Нашёл в интернете, договорились о встрече на съёмной квартире, и всё случилось».
Уже несколько лет Павел ищет жену. Сначала пытался завести отношения со знакомыми, потом общался с женщинами на сайте Mamba, но его постоянно «сливали». В конце концов он стал оставлять объявления в пабликах «ВКонтакте» типа «Знакомства для шизофреников» (641 участник) и «Шизофрения» (20 200 участников). Павел искал «скромную девушку с F-20» — этим кодом шизофрения обозначается в международной классификации болезней. «Я стал искать супругу именно так, когда окончательно понял, что здоровых девушек не привлекаю, — объясняет он. — Сложность в том, что таких, как мы, отвергает общество. Ещё мне важно, чтобы мы с женой друг друга понимали, чтобы она меня пожалела и не отказала».
Полгода назад на очередное объявление Павла откликнулась Алина. По его словам, у девушки алкогольный психоз и подозрение на шизотипическое расстройство личности. Долгое время врачи называли расстройство стёртой формой шизофрении, но сегодня это отдельный диагноз. Среди его симптомов — чудаковатое поведение, искажения мышления и эмоций. «Но Алина лечится, — тут же добавляет Павел. — На первом свидании мы гуляли в её районе, рассказывали о себе, сидели на скамеечке. Сейчас мне кажется, что я люблю её. Она не строит из себя ничего, не гонится за деньгами, на мою карьеру ей наплевать: устроит и промоутер».
Павел хочет стать отцом двоих детей. Исследования показали, что, если хотя бы один родитель болен шизофренией, риск для ребёнка на 9–11 % выше, чем в среднем по популяции (подробнее о том, как генетика влияет на шизофрению, читайте в первом тексте цикла). «Я думаю, что всего лишь немного болен, а глюки у меня в основном от усталости, то есть дети будут почти здоровые», — рассуждает он. Впрочем, в психиатрии снижение критики к своим симптомам может считаться одним из проявлений болезни.
Павел верит, что однажды обязательно женится, но статистика и клиническая практика не на его стороне. «Любой психотический приступ при шизофрении сравним с травмой мозга — грубо говоря, с ударом по голове, — объясняет психиатр и научный журналист Виктор Лебедев. — Чем чаще бить, тем хуже это отражается на нервной системе. Поэтому у большинства пациентов количество психозов напрямую коррелирует с ухудшением социального функционирования. В шизофрении есть понятие дефекта: это когда у человека сужается диапазон эмоций, утрачиваются побуждения, деградирует воля. Как правило, чем больше у пациента было приступов, тем мощнее дефект и тем труднее жизнь в обществе».
Люди с шизофренией, имеющие три и более госпитализаций за пять лет, на 34 % реже вступают в брак и на 26 % чаще оказываются разведены, чем пациенты, которых госпитализировали редко. Те, кто пережил больше психотических приступов, также уступают по другим показателям. Например, высшее образование получили только 18 % людей с высокой частотой госпитализаций и 47 % людей — с низкой, а непрерывно работают 5 % и 34 % соответственно. По сравнению с другими расстройствами психики, например с биполярным аффективным и депрессивным, у людей с шизофренией ниже шансы вступить в брак и получить удовлетворение от супружеских отношений.
Лебедев называет три ключевые причины: у больных шизофренией сужается эмоциональный диапазон, они подвержены социальной и внутрисемейной стигме и, как следствие, страдают от катастрофического падения самооценки (подробнее об этом читайте в первом тексте цикла). Лебедев предполагает, что эти же факторы могут влиять и на то, что люди с шизофренией часто ищут пару с таким же диагнозом. «Мы выбираем партнёра в соответствии с представлением о себе, определяем, кто для нас слишком крут, а кто чересчур плох. Если человек с шизофренией стигматизирует себя, ему кажется нереальным завести отношения с условно здоровыми людьми», — объясняет психиатр. С ним соглашается психиатр и психотерапевт московской клиники Mental Health Center Анастасия Фёдорова: «Люди с шизофренией часто сталкиваются с жестокостью семьи, врачей или работодателей, и им важно найти единомышленника, который знает, каково это».
По последним данным, на конец 2019 года в России официально зарегистрировано 5,8 миллиона пациентов с психическими расстройствами. В Рунете можно найти десятки форумов и групп в соцсетях и мессенджерах, где люди с шизофренией ищут пару или друзей с тем же диагнозом или другим ментальным расстройством. Далеко не у всех, как у Павла, дело доходит даже до личной встречи. Но исключения бывают.
Клуб психически других
Девять лет назад 21-летний Сергей Ерёменко создал во «ВКонтакте» группу «Клуб психически других» (КПД). Сергей жил с социофобией, заикался, жаловался на сложности в общении, но, несмотря на это, много лет мечтал найти девушку. С помощью КПД он хотел обрести друзей и единомышленников. В сообщество вступили 12 тысяч человек с разными ментальными расстройствами — от депрессии до шизофрении. Они обсуждают препараты, психотерапию, делятся симптомами, поддерживают друг друга, постят тематические мемы, ежегодно выбирают Мисс и Мистера КПД и просто болтают о жизни. Согласно опросу, среди активных участников больше всего людей с болезнями шизофренического спектра. К ним, помимо шизофрении, относятся шизотипическое, шизоидное и шизоаффективное расстройства личности. Группу удалось воссоздать даже после блокировки по требованию Роскомнадзора: в 2017 году ведомство обнаружило в постах участников «пропаганду суицида».
Каждый год в день создания КПД его участники благодарят Сергея. Он покончил с собой в 2015 году в возрасте 24 лет. Сейчас группу администрирует 21-летняя Ася Солнцева. Она живёт в Волгограде, учится на зубного врача, а всё свободное время и деньги вкладывает в развитие и продвижение КПД. Например, организует конкурсы и покупает для победителей призы.
По наблюдениям Аси, люди с шизофренией — самые сплочённые и отзывчивые участники сообщества. «Хоть и считается, что они менее эмпатичны из-за своей болезни, я более понимающих людей не знаю, — рассказывает она. — Наверное, дело в том, что шизофреники больше других пережили. Во время галлюцинаций к тебе приходят и дьявол, и бог. Такие люди понимают, как важно друг друга поддерживать. Но с некоторыми общаться сложно. В группе есть парень, которого мы постоянно баним. У него, помимо шизофрении, нарциссическое расстройство личности. Так что он обидчивый по полной программе. Вообще мы редко баним, обычно пишем: „Кончится обострение — возвращайся“».
За последние несколько лет Ася создала вокруг КПД сеть пабликов-спутников: в «Киноклубе психически других» смотрят и обсуждают фильмы про ментальные заболевания, в «Праздниках» поздравляют друг друга с днями рождения и Днём психического здоровья, а в «Менталка. Знакомства» ищут друзей и пару. Сейчас в «Менталке» состоит 3500 участников со всей России, в основном им от 24 до 35 лет, 68 % участников — мужчины.
Год назад Ася, которая живёт с тревожно-депрессивным расстройством, через эту группу познакомилась со своим парнем. Он страдает органическим психическим расстройством личности (возникает при заболевании или травме головного мозга). «Он был в невадеквате, когда только вступил в группу: писал несвязные комменты, грубил. Я его забанила, — вспоминает девушка. — А потом мы устроили скайп-конференцию, и как только я его увидела, сразу поняла: это мой человек». Бойфренд Аси, с которым она ещё ни разу не виделась, живёт в Воронеже. «Я не могу путешествовать из-за тревожности, а у него сейчас обострение, поэтому он не работает, сидит на маминой шее и тоже никуда уехать не может», — объясняет она.
По словам Аси, в «Менталке» люди чаще ищут дружбу, чем романтику. За пять лет администрирования она поздравила со свадьбой максимум четыре пары. Но все они уже распались. Ася связывает склонность людей знакомиться внутри сообщества психически других с необходимостью особой поддержки: «Если у человека такое же или другое психическое заболевание, как у тебя, он будет более эмпатичным. Будет понимать, что такое симптомы и что такое побочки. Я это и на своём опыте вижу: мы с парнем уже год и отлично друг друга чувствуем. Другим мне было тяжело объяснить, почему я такая угрюмая и холодная».
Одна из невест, которую поздравляли со свадьбой, — 21-летняя Таня из Москвы. С 15 лет она живёт с шизоаффективным расстройством. У людей с таким диагнозом симптомы шизофрении (бред, галлюцинации) смешаны с симптомами расстройств настроения: депрессивные состояния сменяются гипоманиями или маниями. Шесть лет назад Таня начала слышать голоса и видеть демонов, потом у неё появилась идея, что вся еда отравлена: «Я весила 65 кг, но перестала есть и похудела до 28».
Свою историю девушка рассказывает бодрым громким голосом, который резко контрастирует с тем, о чём она говорит. «Мама отвела меня к врачу, мне поставили расстройство пищевого поведения и выписали антидепрессанты, но от галлюцинаций они не помогали. Тогда я стала употреблять наркотики: попробовала, наверное, всё — от мефедрона до ЛСД и ДМТ. Под наркотиками галлюцинации пропадали, оставалось только чувство, что я ведьма со сверхспособностями. Мне казалось, я могу предсказывать будущее и чувствовать ауры других людей. Я тогда поступила на педагога-художника, но из-за наркотиков забросила учёбу, меня отчислили», — делится Таня. Она связывает свою болезнь с пережитым абьюзом: в детстве её били родители, а в 14-летнем возрасте изнасиловал знакомый, снял это на видео и разослал по всем Таниным контактам.
Когда Тане исполнилось 18, она вступила в КПД, где познакомилась с будущим мужем Алексеем (имя изменено). В первые полтора года всё шло хорошо: молодые люди стали жить вместе, а родители девушки восприняли парня как спасителя. «Они с детства говорили, что я тупая шизофреничка, что на мне никто не женится и надо ловить момент, — весело говорит Таня. — Лёшу они почему-то сразу полюбили, поэтому, когда он сделал мне предложение, я быстро согласилась».
Постепенно Таня решила отказаться от употребления наркотиков. В тот период она работала официанткой в ресторане «Пушкин» по 14 часов в день и очень уставала. На фоне общего стресса у неё развился психоз: она то часами смотрела в одну точку, то кричала и плакала. «Вместо того чтобы позвонить врачам или родителям, Лёша позвонил гадалке. Я тогда просто не поняла, что происходит, но позже мой психиатр, которая с ним тоже общалась, сказала, что, хоть у него и нет официального диагноза, с ним, скорее всего, тоже не всё хорошо. Я и сама замечала, что у него как будто искажены эмоции. Дарю ему подарок, а он смотрит осуждающим взглядом. Я спрашиваю: „Не нравится?“ „Да нет, — говорит, — нравится“. Но лицо такое, будто хочет меня убить. А ещё он постоянно критиковал мою внешность. Мог подойти и сказать, что у меня целлюлитная жопа и мне надо в спортзал, хотя знал, что у меня были проблемы с пищевым поведением».
Пару раз Алексей поднимал на Таню руку. Она не придавала этому значения, пока не забеременела. «Он знал, что я пью сразу десять препаратов — антидепрессанты, нейролептики и корректоры — и что при беременности это противопоказано. Н