Продам бельё б/у, дорого

07 мая 2019

Порнография хоть и находчива, но пока не научилась передавать запахи, а чужие грязные трусы может быть приятно держать в руках как «трофей» за смелость и доблесть. Самиздат выяснил, как работает рынок, где клиенты готовы искать того самого «честного производителя» и платить тысячи за грязное бельё с определёнными выделениями. Милана Логунова целый месяц крутилась в индустрии ношеного белья и торговала своими трусами, чтобы выяснить, можно ли, не продавая себя, заработать на чужих желаниях.

Материал содержит эротический контент.

«Вот чёрт, никаких выделений», — раздражённо думаю я, глядя на вчерашние трусики. Встав рано утром с кровати и уже собираясь в университет, я решила заодно упаковать «товар» на вечер. Мне никогда ещё не приходилось как-то по-особенному готовить бельё, но мы с «клиентом» договорились на шесть, и он наверняка не поленится и проверит пакетик.

Я опрокидываю корзину с грязной одеждой и роюсь в поисках подходящей пары. Белой слизи должно быть столько, чтобы прям на хлеб намазать. Кто, блин, вообще установил эту норму? Конкурентки с кучей отзывов выкладывают фото и хвастаются своими богатствами. Нет, я не завидую. Русский фетиш-бизнес суров: жаловаться нельзя, плакать запрещено. В голову приходит лайфхак: попробуем применить менструальную чашу.

По задумке производителя, она напоминает воронку. Её используют во время месячных: кровь копится, вечером жидкость сливают, а чашу моют и готовят к новому применению — удобно и экологично. У меня есть такая штука, похожу с ней в течение дня — надеюсь, это поможет. Никаких внутренних споров: всё-таки это работа, а к работе нужно относиться серьёзно.

Профсоюзов на вас нет

«Здравствуйте, я Олег, я хочу вас пороть». «Здравствуйте, я Максим, я люблю изображать мебель». В сообществах «особых пристрастий» существует культурный код. Никто не говорит «извращенец». Здесь принято — «фетишист». Соблюдайте это важное правило, иначе вам грозят гнев и бан.

«Здравствуйте, я Василий, я фетишист колготок». «Здравствуйте, меня зовут Дмитрий, я люблю носить памперсы для взрослых». На сайте fetside.com я сижу уже около года — конечно же потому, что я журналист. На главной странице можно выбрать предпочтения, которые время от времени обновляются. Фетиш волос. Игры с огнём. Шибари.

Недавно появилась функция «нужен спонсор» — если выбрать её, ваша анкета выплывет только тем, кто готов платить. Нудизм. Двадцать четыре на семь. Электрический посох.

В субкультуре существует слоган: «У каждого своя Тема». Недавно я подумала о том, что моя тема — это деньги. Для таких, как я, на сайте есть особый раздел. Из наиболее популярных предложений под хештегом «за подношение» вылезают два варианта: либо услуги бдсм-госпожи, либо продажа ношеного белья. Первому надо учиться, второе звучит романтичнее и безопаснее: ни сифилиса, ни насилия — только вежливые улыбки и рукопожатия деловых партнёров. Я решаю изучить рынок, но на этом сайте делать это сложно: посты появляются в ленте за счёт рейтинга. Иду в поисковик, чтобы найти другие торговые площадки.

Reddit — один из самых известных в мире форумов, на отечественном рынке ношеного белья его называют «eBay грязных трусиков». И если верить лайфхакершам, заработать 75 долларов за раз вполне можно. Я регистрируюсь и под хэштегом pantyselling пишу на английском, что готова прислать своё бельишко из России за скромные сто долларов обеспеченному американцу. Полчаса, час, другой, а заказов нет. Кажется, и не будет. Ищу вариант номер два.

Оказывается, в России существует свой собственный профильный сайт: Пантики.нет гарантирует анонимность и качество. Но, как и в любой индустрии, за гарантии надо платить. Пытаюсь зарегистрироваться, от меня требуют прислать три фотографии в полный рост: сбоку, спереди, сзади. Процедура унизительна. Ищу другие подводные камни. Выясняется, что оплата товара происходит в «понтиках» — выдуманной валюте, в которую клиенту надо перевести деньги, а продавщице их как-то извлечь. Курс рубля к понтику — один к одному, но за ввод и вывод средств вычитаются проценты. Установить свою цену нельзя — любой товар стоит 800 понтиков. И радость будет на лице той дамы, которая в итоге получит хотя бы 500 рублей прибыли. «Профсоюза на вас нет!» — злюсь я, но принимаю вызов.

Интересуют трусики и колготки

На пустынной, обдуваемой ветром набережной в девять вечера я оглядываюсь по сторонам, но совсем никого не вижу. Подозрительно мигает фонарь мерзко-жёлтым. Пытаюсь поймать его свет, чтобы сделать фото улицы и послать Денису: «Телефон прямо сейчас сядет, ищи меня!» Озноб от холода не даёт испытать страх за себя: «Хоть как, но лишь бы это закончилось». Я проверяю диктофон — на месте. Говорю себе, что мухлюю в последний раз. Вдруг он узнает, что я веду запись? Что будет? Не сказать, что мне сегодня везёт.

Утром на меня свалилась башня из сообщений: «Хочу твои грязные трусики!», «Ты можешь на них помочиться?», «А если месяц носки трусиков, то какая цена?» Я написала объявление о том, что готова продать бельё, в специализированные группы ВК. За ночь прилетело множество запросов, и я впервые хоть как-то задумалась: на что я вообще готова? Пару мужчин попросили прислать им тампон или ежедневку, предлагая за это от тысячи. Пожалуй, нет. Что-то ещё?

«Есть предложение поносить уже ношеные трусики другими девушками из моей коллекции».

Чувство неопределённости отняло силы и лишило покоя. Отвечать всем сразу? Или вообще всё бросить? Я стану противна сама себе? Что же, в конце концов, скажет мама?

Один из парней моих раздумий не вынес: не дождавшись ответа, он поочерёдно прислал три вопросительных знака и прощальное: «Сука, отымею и закопаю в лесу».

Только сейчас я опомнилась и пожалела, что предложения о продаже я писала с реальной страницы.

По эскалатору поднимается мой первый клиент. Когда я выбирала группу для объявления, то отсмотрела подписчиков. Контингент мне казался приличным: вот Алина из Краснодара — на фото она с маленьким сыном. Вот Саша из Москвы — похоже, ещё школьник. В группе можно обнаружить и женщин 50+, и влиятельных бизнесменов в костюмах. Не то что у меня теперь в личке: страницы клиентов закрыты — и ни одной аватарки.

Я выбрала Дениса, потому что он хотя бы писал вежливо.

— Добрый вечер. Интересуют трусики и колготки.
— Сколько готов заплатить?
— Ориентируясь на цены в группах; допустим, тысяча российских деревянных, если будет подтверждена «оригинальность».

«И на том спасибо», — подумала тогда я. Фотографии в профиле у него единственного хоть какие-то натуральные были: озёра, сосна, костры. Ему 31 год. Вроде бы, любит рыбалку. Знания русского порно рисуют мне лысого упитанного мужчину с внутренним бандитским началом. Оказывается, всё иначе: передо мной стоит лысоватый худощавый интеллигент в пальто и атласном шарфе. «Неужто Рубцов?» — думаю я, но не решаюсь высказать мысль.

— Лана, а вы ведь журналист?

Он сказал это очень тихо, чтобы не было слышно поодаль, как будто разговаривает со спецагентом. Я смотрю на него как на призрака.

— Вы ведь будете про это писать? — настаивает он на ответе.
— Ну… Я немного пишу, но сегодня я здесь, потому что мне нужны деньги…
— Верю! Но когда будете писать статью…

Пока я отлавливаю потерянные слова, Денис рассказывает, как из-за своей осторожности и военного прошлого он досконально изучил мой профиль и раскусил мою личность. Сперва он не хотел приходить на встречу: вдруг я сниму с ним видео. Но любопытство всё же взяло своё. Да и я понравилась ему «как дама».

— А товар покупать собираетесь? — раздражённо отвечаю я: мне хочется побыстрей всё закончить. Перед встречей я налила на чёрные трусики полученную белую жидкость, размазала шпателем для декоративных блёсток. Чтобы придать товарный вид, вырезала большой кусочек крафтовой бумаги, сложила из него конверт и положила туда бельё, заклеив пакет цветным скотчем. Хоть продавай как сувенир в Новой Третьяковке — горжусь. Но теперь, глядя в глаза этому самодовольному мужчине, мне хочется поскорее обо всём забыть. 

Я протягиваю Денису конверт, а он с улыбкой достаёт из кожаного бумажника тысячу рублей. Он не вскрывает «упаковку», не заглядывает внутрь, но по весу пытается узнать содержимое. Что-то мягкое приятно чувствуется через помятую шуршащую бумагу. Я ловлю ухмылку. Денис не спеша кладёт добычу в карман пальто, чтобы сжимать его прямо в дороге.

— И что, ты будешь их кому-то перепродавать? — не выдерживаю я долгой паузы.
— Нет, конечно нет... Это я себе — на память. По правде сказать, я давно хотел попробовать купить нечто подобное, поэтому писал некоторым девушкам, но их манера общения мне не понравилась — грубые. А с тобой всё как-то сошлось.

Он заигрывающе улыбается, а я ищу подмоги по сторонам — её нет. На набережной мы одни. Я тихонько прокладываю себе дорогу к отступлению в метро, прощаюсь с ним вежливой улыбкой. Поворачиваюсь. Вдогонку Денис говорит, что даже если я была со скрытой камерой, теперь у него есть компромат. Мне спорить с ним не хочется. Я наигранно хохочу, эскалатор меня спасает. Я исчезаю в метро, вспоминая взмах его руки мне в дорогу.

Уважаю ваш выбор, но…

Всё-таки купить трусики — давно уже как попить кофе. Стоило только обратить внимание — и продавцы оказались на каждом шагу, как бы ни закатывали глаза те, кто думает, что продажа белья — дело исключительно маргинальное. Вбиваю запрос в поисковик ВК: «Продаю бельё б/у, дорого!» — и вижу сотню групп с неймингом «ношеное бельё».

Первая же предпринимательница — «монополист» Комиссарова, работает продуктивно, как хлебозавод. Настоящая штамповка, не хватает приписки «ООО». Её товар легко отличить: куда бы клиент ни зашёл, в любой открытой группе — фотографии c фирменным логотипом, тщательно прорисованным маркером на картонке. При заказе можно попросить именную сигну — получишь фото в белье с ником покупателя, чтобы он точно знал, что товар сделали для него. Приятно. В группе ещё одной конкурентки нахожу описание: «Для реальных покупателей делаю фото в трусиках с проверочным словом» — тоже «знак качества», но не настолько утончённый.

В других группах фото намеренно реалистичны, в знакомом с детства антураже: как правило, весь ассортимент раскладывают на постели с бабушкиным покрывалом. Этому продавцу веришь. Сразу становится понятно, что трусы настоящие, народные. Следующая ступенька в развитии — продавщицы привлекают клиента «видом сзади» на фоне квартиры с вульгарным декором стиля ИКЕА плюс СССР.

Есть и более изысканные в оформлении предпринимательницы. Их клиенты — студенты, подростки и те, кто интенсивно не хочет стареть. На отфильтрованных фотографиях красуются молоденькие модные девочки в мини-юбках и c цветными прядями: «У меня есть для тебя акции», «К белью прокладка в подарок». А вот женщины постарше ведут семейную политику: «Продам носочки дочери с запахом!» Из поколения в поколение — традиции плюс красота.

Отдельного абзаца стоят слоганы. Какое удовольствие приносит, например, этот: «Не знакомлюсь, не даю номер, не встречаюсь, но уважаю ваш выбор», «Прикоснись к завораживающему аромату этих вкусных трусиков» — вот где клиентов, наконец, ждут и любят. Моё любимое — «Оптом скидки!!!!» Если бы я всё-таки была покупателем, то брала бы товар только в большом количестве.

А трусы на помойках искать?

Согласно европейской статистике бизнеса трусиков, Россия даже не входит в топ-10: лидирует в этом направлении Америка, за ней следует Индия, а та самая Япония, известная фетиш-автоматами, только лишь завершает пятёрку. Интересны также и вкусы заказчиков: в Америке предпочитают бельё, пропитанное потом, в Индии — с каплями мочи, а в Британии — сквирт-выделения.

Мой Денис написал сообщение:

«Привет! Товар превзошёл все ожидания! Премиум-класс! Вот что отличает частного предпринимателя, погружённого в свой бизнес, от ширпотреба конвейерного производства! Энергетика зашкаливает. Я просто в восторге! Это лучшее моё приобретение за последние лет пять-семь. Хочу встретиться и купить ещё. С меня — прогулка в парке и вино».

Несмотря на комплименты, мне грустно: после той встречи прошла неделя, а я так и не взяла ни одного заказа. Конечно, клиенты писали, но их предложения меня не привлекли: предлагали максимум пятьсот рублей. Как вообще на эти копейки жить? Сколько белья я должна продать в месяц, чтобы зарабатывать не хуже кассира в «Пятёрочке»?

— Отзыв — это прекрасно, но для русских даже касарь слишком дорого. Надо снижать до трёхсот, тогда клиенты появятся.

Подруга Даша вызвалась помочь мне с бизнесом, она учится на маркетолога. Мы сидим за столом, перед нами исписанные листочки, ручки и страницы конкуренток на ноутбуке.

— А трусы на помойках искать? — протестую я.
— Скупать на «Алиэкспрессе»...

Даша учит меня дзену бизнеса: суетиться никак нельзя, разрешена только самокритика. Она думает, что, если я не готова даже на менструальные пятна, победить можно только количеством, выходя на уровень «Дикси». Я же уже всё прикинула:

— Допустим, я активна 25 дней в месяц. Допустим, в день по две штуки делаю. Минимум трусы стоят сотку, чистая прибыль — 200 рублей с товара… В лучшем случае, выйдет десять тысяч.

Даша тупит взгляд.

— Ладно, напиши ещё раз тому парню. Сколько там он предложил?

Если верить блогам тех же американок, за границей один товар стоит минимум 40 долларов. При среднем заработке, допустим, в четыре тысячи долларов это так же, как у нас при зарплате в 30 тысяч покупать трусы за 300 рублей: не скажешь, что играем мы по иным правилам. Другое дело — как заработать больше? Одна из самых популярных продавщиц Reddit (где заказ я так и не получила) девушка Миа: позиционирует себя как подросток, продаёт трусики с 15 лет и даже ведёт блог, где в красках показывает зрителю, как создаётся товар. Она, как принято говорить в мягкой версии, «торгует лицом» — интернет-звезда. «Каждый мой час ношения трусов стоит от 17 долларов США. Дополнительно беру деньги за „особые услуги“, такие как плевок, кремовый пирог, пятна, вытирание трусиков о секс-игрушки и другое...» — в интервью рассказывает Миа.

— Я не жадный человек, Лана. Но меня уже раз так кинули.
— Давай я пришлю тебе фото с почты, что я отправляю посылку?

Я разговариваю с парнем, представившимся Валерой по ватсапу. Мы переписываемся уже три дня. Он предложил сделать покупку за 5000 рублей и чтобы я прислала товар почтой. Большинство девушек именно так и торгуют — лично встречаться опаснее.

— Скажи, что если он возьмёт три штуки, то ты согласна на наложенный платёж. Клиенты с большими деньгами на такое легко ведутся, — подсказывает мне Даша. Я гадаю, не пытаются ли меня развести. Судя по раздумьям на том конце — ситуация аналогичная. Я заявляю, что мне нужна предоплата. Валера отвечает, что в прошлый раз девушка потребовала деньги — и удалилась из соцсетей.

Я присылаю Валере фотографию себя в белье, без лица, но прийти к согласию это не помогает. Подвох заключался в том, что парень — из Южной Осетии, где якобы нельзя посмотреть заказ перед получением.

— У нас на почте нельзя посмотреть. Наложенный платёж мне не подходит.
— Тогда пришли предоплату на карту, а остальное переведёшь потом. Ты готов заплатить пятнадцать за три штуки? Тогда переведи сейчас хотя бы пять тысяч…

Валера бросает трубку. Кажется, я опять не справилась — с обычным-то заказом по почте! Миа в своём интервью говорит, что ей во многом помогает бойфренд — её же фотограф и менеджер. Гонорар делят пополам, и за пару лет продаж они уже получили каждый по 33 тысячи долларов, то есть пару миллионов рублей. Я очень завидую Мие.

В позе «Авито»

— Я не считаю, что зарабатываю полноценно. Но те, у кого наработана клиентская база, вполне могут. Для меня это дополнительный доход, есть и другая работа. Тут я получила пока пару тысяч.

Я переписываюсь с Дашей, ей 20 лет. В своих объявлениях она пишет, что всё ещё девственница. Конкурентное преимущество. На аватарке профиля висит фото, которое украдено из сети. В альбомах — примеры работ и скрины пары чеков. Прокладки. Моча. Фекалии. Это то, что помимо трусов. Расценки и стоимость по требованию.

— Скажи, а у тебя, по крайней мере вначале, было ощущение, что ты отдаёшь что-то личное? И ты ловишь кайф от этой работы?

— Привязанности к вещам у меня никогда не было. Как и удовольствия — тоже нет. Мне всё равно: это способ получать деньги.

Даша никакая не девственница. Говорит, что считает себя счастливой.

— Полноценно жить на этом бизнесе сложно. Получается очень скромно, примерно тысяч 10–12 максимум. Но если встречаться с заказчиком лично, тогда цена будет дороже, получится 25 в месяц. Я тебе не советую: нарвёшься на психа форменного. Я завязала с такими, когда поклонник меня выследил и ходил везде за мной три недели. Ничего не делал, но поджидал.

Светлана открыла свою персональную страницу полгода назад, но в бизнесе чуть дольше. На фотографиях она заматывается в шарф, делает фото «ню». Кроме торговли трусиками, её опции — киберпроституция. Шестьдесят фото «ню» — 50 рублей. Шестьдесят откровенных — 100 рублей. Мини-видео мастурбации — 100 рублей. Откровенная сигна с именем — ещё 100 рублей.

— Скажи, а ты живёшь бедно?
— Нет. Я этим занимаюсь не от страшной нужды. Просто мне это нравится. Известность какая-то появляется, поклонники благодарят. Здесь свой внутренний мир, и конкуренция в нём неслабая: в этом бизнесе примерно 30 % женщин настоящих и 70 % кидал-мужчин, работающих под женским ником. И наберётся только пять процентов работниц, кто честно выполняет свой труд: не обманывает, сколько бельё носит, точно своё отправляет. Я — как раз из этих пяти процентов.

Обои в цветочек, ковёр, диван. Бельё на ней очень дешёвое, но выглаженное. Позы хоть и выглядят откровенно, но всё же выдают робость девушки. Через замотанный шарф на зрителя смотрят добрые блестящие глаза, уставшие от фотосессии. Соски раскрывают бизнесменку — недавно она родила.

— Я узнала об этом способе из сериала «Оранжевый — хит сезона». И да, это действительно бизнес, который работает. Я зарабатываю в среднем двадцать в месяц, практически ничего не делая: ведь нижнее бельё я носила бы в любом случае, а так я просто его не стираю, когда оно грязное, а продаю. Лично для меня это не приносит удовольствия, то есть радость приносят сами деньги. Минус лишь только в хейтерах и кидалах.

Катя живёт в Москве и дополнительно работает Госпожой. Активная жизненная позиция. Чтобы не спустить жизнь в сортир, использует все свои таланты. В профиле у неё нет фотографий, зато есть переписки с клиентами. Также время от времени у неё покупают интимные видео, которые стоят по нескольку тысяч рублей. Доверительные беседы бонусом: Катя весьма разговорчива.

— Но что тебя изначально сподвигло? Нужда в деньгах?
— Для меня это просто дополнительные деньги, но вполне вероятно, что некоторые занимаются этим из-за нужды, так как ничего больше не умеют или не хотят. Я же начала по приколу и не особо расстроюсь, если бизнес пропадёт: чувствую, что клиентов становится всё меньше. Возможно, конкуренция выросла.

Из десяти продавщиц, которым я написала, ответили только три. Катя из них самая креативная, имеет большой оборот: от 20 клиентов за 30 дней. У неё есть услуга «подписки», где каждый месяц она отправляет «свежак» — по договорной цене. Никаких гарантий, но постоянные клиенты доверяют.

— Эта работа изменила твоё мировоззрение? Например, стёрлось понимание личных границ?
— Возможно, первые раза три было такое ощущение, как будто частичку себя отдаю. Но это быстро прошло, и сейчас чувств нет совсем. Это не плохо: раньше я была сильно зажатой, неуверенной в себе жертвой. А теперь нет, теперь я стала уверена в себе, лучше выгляжу и свечусь изнутри, перестала себя стесняться. Стало жить легче и веселее, появился кайф от жизни и самой себя.

Все девушки кричат, как собака в огне из мема «I am fine», но я им почему-то не верю: кажется, жизнь всё-таки отнеслась к ним неласково — или мой личный опыт наложил негативное впечатление об индустрии. Прошёл уже месяц, как я живу в этой сфере, — иначе не сказать: клиенты пишут нон-стоп. Стоит только один раз разместить объявление — и радуйся, что вообще уцелел, если вовремя заблокировал уведомления в соцсетях. Каждый день мужчины спрашивают у меня подробности о моих гениталиях. Мне жаль себя — потому что мне жаль этих женщин. Кажется, я не настолько толерантна к чужой жизни, как мне хотелось о себе думать. Листаю фотографии собеседниц. Они смотрят на меня в типичных позах «Авито» — и вставать в такие же ради пары тысяч рублей мне совсем не хочется. Почему? Потому что считаю себя лучше других? Феминистки любят призывать не критиковать сейчас выбор русских женщин: «Пусть делают что угодно — людям и так сейчас нелегко» — будто были другие периоды. Я ловлю себя на мысли, что уже ненавижу мужчин, и чтобы преодолеть это непонимание и досаду, хочу узнать мнение «по ту сторону» баррикад.

Парфюмерка

Одно неправильное прочтение человека — и тебе уже никогда не придётся ни покупать, ни продавать трусики. Не нужно думать, какое вино купить. Одежду выбирать. Стричься. Я сижу на скамейке в десять часов вечера в безлюдном парке. Падает редкий весенний снег. Из живых существ только где-то вдали идёт один мужчина в чёрной куртке с увесистым рюкзаком. Он садится рядом. В этот раз — страшно почему-то только ему.

— Честно сказать, я до последнего думал, что вместо тебя придёт пара громил из вашей редакции и просто побьют меня.
— Журналистика не так хорошо себя чувствует, как ты думаешь.
— Пройдёмся?

Денис достаёт из рюкзака вино в крафтовом пакетике. В этот раз он уже не в пальто. В джинсах и куртке — со стройки. Он холост, работает в строительном бизнесе кем-то вроде старшего инженера с хорошим достатком. Не стараюсь запоминать специальность: мне это ничего не расскажет.

— Ты, наверное, хочешь узнать, почему я решился на такую покупку. Не ради шутки, скажу тебе прямо.

Я не задаю никаких вопросов, но внимательно на него смотрю. Он отводит взгляд, вспоминая, что же хотел мне сказать.

— Я готовился и подумал... Всё-таки это из детства. Когда мне было одиннадцать, я обратил внимание на трусики старшей сестры в ванной. Это воспоминание навсегда осталось со мной, а чуть позже я понял, что в женщинах меня возбуждают запахи. Если нахожу ту, чей запах мне приятен, то начинаю с ума сходить. Это превратилось в фетиш.

Я слушаю и думаю, что трусики — как любимый парфюм, а я для покупателя — парфюмерка. Носитель не так уж и важен, поэтому товар с удовольствием покупают из самого дешёвого трикотажа. И какой бы ни была упаковка, ценители производителя не меняют. Проверять мысль не берусь. Готова пару раз побывать бдсм-госпожой, но нюхать бельё, даже своё, не способна: кажется, нашла свой личный потолок.

— Но запахи недолговечны, как жаль... И мне показалось, что ты не продашь ещё штуку без особой мотивации. — Денис вырывает меня из мыслей. Через пару дней после того отзыва он написал, что готов дать интервью. Конечно, у него есть условие:

— Я ни разу об этом увлечении не разговаривал. Разве что сам с собой...

Мы прокладываем тропинку по последнему в году снегу. Пока я пью вино, Денис рассказывает о своём первом опыте порнографии. Тогда порно являлось таинством, возбуждал сам процесс поиска. В нулевые интернет был не быстрым, а скачивание продукта — рулетка. Загружаешь картинку, не зная, что выпадет: похоже на фетиш-бизнес сейчас. Денис считает, что покупка трусов — это как возвращение к временам античных подвигов: ты герой, ты добыл сокровище, ты должен закрыть глаза и пофантазировать. Без фантазии твой хрупкий миф исчезнет — и ты снова вернёшься в реальность слишком стервозных женщин и слишком доступного порно.

— Значит, ты не судишь меня за всё это?

Волшебность момента треснула. Он наконец смотрит на меня прямо, почти безумно.

— Я думаю, то, что ты делаешь, — это мерзко.
— Как это?

Под грузом моего возмущения его глаза снова проваливаются в снег. Он молчит, ища выход из положения.

— Давай не брать тебя конкретно... Но я ведь пытался купить бельё у других женщин. Общался с покупателями, читал отзывы. И знаешь, почему я этого не сделал?

Денис расправляет плечи и гордо произносит речь, которую, видимо, успел подготовить.

— Потому что со мной очень грубо общались. Они вели себя цинично, как будто я должен радоваться тому, что мне вообще оказали внимание. Довольно часто мужчинам присылают вообще не ношенные вещи: пару раз потёрли — и всё. Это логично, ведь аппетиты растут. Но когда я расспрашивал о товаре, мне говорили, что никакие фото присылать не будут и если мне что-то не нравится, то это мои половые трудности. Представляешь? Какая-то баба из Урюпинска считает, что её плевок уже стоит пятьсот рублей?
— Я понимаю... Но это ведь вполне закономерно, если ты покупаешь трусы не за пять тысяч. Делать такой товар тоже труд! И в рейтинге грехов твои сексуальные пристрастия ничуть не лучше, что желание лёгких денег. Ты хочешь, чтобы твои прихоти удовлетворяли бесплатно, поклонялись тебе как повелителю?

С одной стороны, он мне нравится. С другой — он со мной из-за трусов?

Денис мне философски поддакивает, параллельно придумывая аргументы. Радуемся, что пожаловались друг другу. Он хочет покурить, и мы останавливаемся у мусорки. Я жду, пока он достанет сигарету. В молчании успеваю остыть от спора. Как и он.

— Я много думал, почему такого же бизнеса нет для мужчин. Я искал, но ничего о продаже мужских трусов не нашёл. Возможно, это природа: у женщин нет таких острых фетишей. Значит ли это, что вы можете лучше себя контролировать? Я знаю, что коммерция портит людей, но как покупатель ничего не могу с собой поделать: мне хочется этот товар, причём выгодно. Возможно, с нами действительно что-то не так… Ты ведь взяла с собой то, что я просил?

В этот раз мы договорились, что, кроме трусов, я продам колготки. Это было условием, и я согласилась: почему нет? Он начинал мне нравиться. Я достаю из рюкзака два крафтовых мягких пакета, а он протягивает мне две тысячи. Незаметно для себя мы уже подошли к многолюдной площади. Денис понимает комичность положения, и мы договариваемся, что если сейчас нас почему-то вдруг повяжут менты, то по легенде я буду его женой: нам нравится играть в эту игру.

— Когда я только начинала думать об этом эксперименте, мой парень назвал меня проституткой. Такое — как красная тряпка. Мы расстались, и больше меня ничего не останавливало.
— Понимаю. Ещё пару лет назад я бы не позволил своей потенциальной жене делать подобное, но сейчас уже отношусь проще. Блин, это ведь всего лишь трусы. Возможно, я бы даже помог — смеху ради. Доход в семью, ребёночку на конфеты.

Мы смеёмся, на телефоне куча непринятых. Прошло уже два часа. Подходим к метро, Денис говорит, что не хочет навязываться, но свою фейковую страничку всё-таки сохранит: будет всегда на связи. Меня кидает в сомнения, удачно ли такое знакомство для начала романа. С одной стороны, он мне нравится. С другой — он со мной из-за трусов?

Напоследок он спрашивает меня, продолжу ли я продавать бельё. Я допиваю вино и выбрасываю бутылку.

— Мне сложно говорить о себе как о стройматериалах. Сейчас я уверена только в том, что ни продажа трусов, ни какая-либо другая торговля сакральным никогда не принесёт много прибыли: моё тело дорого только мне, рынок работает по другим правилам.
— Но мне бы ты ещё продала?
— Возможно. Или кому-то ещё, кто понравится. Наверное, вот мой фетиш — жить весело.

Он целует меня в щёку, и мы прощаемся. По дороге домой я думаю, что это был отличный способ узнать, чего ты всё-таки хочешь. Денег, высокой самооценки, признания — выкручиваемся как умеем. Я размышляю, на что всё-таки потратить заработанные три тысячи. Может быть, зайти в Victoria's Secret?
Текст
Санкт-Петербург