«У меня треть всех шуток — про смерть»
Текст: Семён Шешенин
/ 05 октября 2018

Настоящий клубный стендап как самостоятельная индустрия существует в России всего несколько лет. В нём пока мало имён, известных за пределами аудитории открытых микрофонов и полуподпольных фестивалей, но по мере отмирания телевизионных комедийных форматов этих имён становится всё больше. Между тем у молодых комиков есть своя трудовая этика, у них другие темы для шуток и особенные правила общения с аудиторией. Редакция самиздата решила внимательнее изучить эту новую локальную индустрию, растущую на пересечении интернета и малых площадок в барах с микрофонами по всей России.

Денис Чужой известен в первую очередь как автор ютуб-шоу «Класс народа». При этом о его мечте издать собственный спешал (сольный концерт в стендапе) в индустрии известно так давно, что все места на первый часовой концерт молодого комика из Курска были раскуплены за четыре часа. Редактор самиздата на него не попал, но успел записать монолог Дениса Чужого о реалиях российского клубного стендапа прямо перед его отъездом в тур. Об аудитории кальянных и нежелании идти на ТНТ, о лаже, боли, голоде и других свойствах самой молодой отрасли российского шоу-бизнеса десятых.

Ржавая вода

Бóльшая часть работы над стендап-материалом проходит довольно однообразно. По сути это — я прихожу вечером на открытый микрофон в какой-то бар, жёстко лажаю, грустно еду домой.

Хуже всего было, когда я вылетел с «Открытого микрофона» на ТНТ. У меня был длинный монолог про то, как странно иногда выглядит у некоторых женщин инстаграм, когда весь аккаунт — это просто жопа плюс цитата. Я знал, что это нормальный монолог, что он работает на разных аудиториях.

Я выхожу на сцену, и мне сразу в глаза бьют софиты, я просто не вижу зал. Но начинаю рассказывать его, как обычно рассказываю, просто в этот поток света, и слышу, что как-то ну не очень отклик. А потом глаза привыкли, и я понял, что ТНТ на просмотр нагнал публику, которая состоит почти целиком из девушек, и им кажется, что это я прям про них сейчас шучу. Ну и я вылетел.

Я тогда так расстроился, что одно время вообще не выступал, потом снова начал — и получалось плохо. Думаю, это нормально, это как в кране должна сначала ржавая вода пройти. На новогодних праздниках мне пришла в голову идея концерта, и я стал понимать, чего именно хочу.

Немножко боль, немножко голод

Сейчас же не очень весёлые времена в России. Барам нужно, чтобы люди приходили и бухали, и потому, когда ты обещаешь, что приведёшь с собой сколько-то пьющих людей, владельцы охотно соглашаются организовать открытый микрофон.

Раньше, в нулевых, все заведения делали шоу-программы. У нас в Курске, например, сидишь в баре — и вдруг на сцену выходит женщина в перьях. За что можно поблагодарить Путина и Крым: настали тяжёлые времена, певцы в перьях пошли на хрен и пришло время стендапа. Потому что для стендапа нужен микрофон, табуретка и вода.

Сейчас среднестатистический комик — это молодой парень, который увидел для себя перспективу в открытом микрофоне и который, условно говоря, в школе считался шутником ёбаным, как говорит Кирилл Селегей.

Комедия — это немножко боль, немножко голод. Недостаток денег, секса, признания. На московских площадках много чуваков, которые почувствовали, что хотят заниматься комедией, живя в маленьком городе, типа Курска. Но если город маленький, там физически нет столько людей, чтобы аудитория сменялась и тебя не прокляли, если ты обкатываешь один и тот же материал с небольшими изменениями. И потому они уезжают туда, где людей много, — в Москву или Питер. Живут впятером в одной квартире, гоняют по микрофонам, выступают по пять раз за вечер и прокачиваются уже с целью попасть на более крупные площадки в интернет или на телек.

Большинство шуток на московских микрофонах про то, что человек видел в метро. Чуваки молодые и ещё не знают, как из своей жизни слепить сет. У меня концерт почти целиком про мою студенческую жизнь, хотя мне тридцатник. Я просто только сейчас додумался до того, что можно с этим сделать на сцене.

Мне недавно подписчики написали, что, дескать, у нас свадьба, не хочешь быть ведущим? Я никогда не работал на свадьбах, но два раза выступал на корпоративах, ещё когда в Курске жил. Мне потом так было плохо — я, как в фильмах про травму, под душем сидел. Так что я отказался.

Кальянные и внутренний твиттер

У меня треть всех шуток — про смерть, но они на концерте зашли хорошо, потому что моя аудитория к этому уже приучена. Если ты приходишь просто на какой-то вечер стендапа в кальянной и рассказываешь про то, как ездил на кладбище к дедушке, там у людей просто мундштуки из рук выпадают. «Серьёзно? Я тут пришёл, заплатил косарь послушать про, что бабы тупые, а ты мне тут про смерть заливаешь?»

В кальянных всем не до стендапа, все расслабиться пришли, и мне иногда доставляет удовольствие, когда люди возмущены или испуганы тем, что я говорю на открытом микрофоне. Вот на́ вам. Хóдите в кальянные — вот вам такой юмор за это, и совершенно меня не парит, что там кого-то это оскорбляет.

Но есть условный мир внутреннего твиттера, чуваки, которые стараются быть в курсе, и у них не горит жопа от феминисток. Мне кажется, это моя аудитория и есть, хотя я никак её не ограничиваю искусственно.

Я не очень шучу про религию и Кадырова. У подписчиков комедийных пабликов есть какой-то стереотип, что стендапщик обязан шутить про мусульман и православных и всех тыкать. А мне кажется, это неправильно, это типа лёгкая мишень. С другой стороны, угрозы расправы, которые стали слать Илье Мэддисону за какую-то шестилетней давности шутку про Коран, — это вообще недопустимо.

Но в стендапе есть чуваки мусульмане: Идрак Мирзализаде, Расул Чабдаров, Тимур Джанкёзов. Очень здравые, хорошие парни. Выходит, Мэддисон и их оскорбил этой шуткой. И я не понимаю, почему я тоже должен их оскорблять. Я не боюсь оскорбить, скажем, воров. Меня очень веселит эта тема с АУЕ, и, если у меня напишется смешная шутка про это, я её спокойно расскажу, хотя мне, наверное, прилетит.

Опять про концерт

Я больше не хочу оказаться в телеке, я вижу себя именно как стендапера, Луи Си Кей здесь модель для многих. Не в плане дрочить перед женщинами, конечно, а в смысле, что ты раз в год выкладываешь на сайт свой концерт, продаёшь его по пять долларов — и больше не просишь эфиров ни у кого.

Вообще строился концерт с начала января, хотя самому старому материалу там два года. Какой-то материал там из не вошедшего в тот эфир на ТНТ даже есть. У меня тогда для шоу «Открытый микрофон» было два монолога написано заранее, и мне посоветовали: сначала менее смешной покажи, а потом разъебёшь. Тот плохой монолог теперь по условиям договора находится в собственности ТНТ, а хороший остался моим, потому что я вылетел раньше, чем успел его показать. И вот минуты три из него пошли в дело.

В Москве человек пятьдесят активно работают над материалом и имеют вектор в голове какой-то

Мы рассчитывали, что билеты на первый концерт продадим в три волны: сначала через телегу, потом через паблик и после дожму ютубом. Но оказалось, что за четыре-пять часов мы продали все билеты, и ютубу в итоге нихрена не досталось.

Не решил ещё, когда именно выложу концерт в сеть. Хочу поездить с ним по разным городам, обкатать как следует, прокачать драматургию, с подписчиками, в конце концов, повидаться. После Москвы был уже Питер, потом Сыктывкар 20-го и Киров 21 октября. А потом, когда концерт уже будет максимально собран (и когда перестанут приглашать выступать с ним), вот тогда вернёмся в Москву и сделаем уже финальную съёмку.

Когда в сет-листе можно поставить плюсик

Стендапу в России от силы лет семь, почти нет таких людей, которые в нём далеко ушли вперёд, и ты на них смотришь как на титанов таких.

У меня есть два комика в личном топе: Луи Си Кей и Стюарт Ли. Вроде бы Луи смешнее, но то, как Стюарт Ли строит материал, по-моему, заслуживает восхищения. У него весь концерт может состоять из одной большой подводки к панчлайну, который звучит в последнюю минуту концерта. И получается, ты целый час прожил внутри одной шутки. Ещё я очень люблю Билла Бёрра, хотя вот такую персоналию, как у него, я бы не вытянул: Бёрр состоит из чистой ярости.

У нас сильнее всех заморочен на сложной конструкции шутки Костя Пушкин, он из-за этого может даже отказаться от какого-то выгодного предложения. Но он вообще в этой среде своего рода авторитет. Он может сказать молодому комику, который рвёт залы: «Ты долбоёб». И тот скажет: «Ну... да».

Я придумал концерт целиком как историю, потом разбил её на куски, выходил с ними на открытые микрофоны. Читал как монолог, лажал, ставил себе один плюсик в сет-листе, что это вот, скажем, может дальше жить. И так набирается монолог, хотя процентов 70 приходится выкидывать. Если шутка прямо в звенящую тишину ушла, то я обычно её сразу вычёркиваю. Может быть, зря.

Я стараюсь не углубляться, почему было тихо после шутки. Я не думаю про то, что тема не та, или зритель не тот, или официантка некрасиво прошла в этот момент. Скорее всего, я просто несмешно пошутил.

Шутяра-шутяра-шутяра

Вообще у нас весь стендап пошёл от ТНТ, а ТНТ до сих пор находится под сильным и токсичным влиянием Камеди клаба. У них три миллиона подписчиков только в ВК. Эта публика привыкла к другому языку комедии, когда каждые семь секунд шутяра-шутяра-шутяра.

Очень часто комики, которые хотят потратить на шутку минуту, сталкиваются с тем, что в зале люди делают «уф-ф» и начинают заказывать кофе. В таких ситуациях нужно быть крутым, нужно заполнять собой аудиторию, нужно всех держать. Если ты волнуешься, если ты плохо написал и провисаешь, то, скорее всего, ты потеряешь зал.

Кажется, у комиков часто просто нет времени, чтобы разобраться в какой-то серьёзной теме глубоко. Есть комики, которые работают, скажем, с темой сексизма или расизма, но почти ни у кого нет возможности это разобрать нормально. А обыкновенных сексистских шуток телек сторонится сам, продюсерам это всё, конечно, не нужно, они думают о том, как оставаться в рамках закона и делать бабки.

У нас и комиков-то мало; в Москве, может быть, человек пятьдесят активно работают над материалом и имеют вектор в голове какой-то. На фестиваль комиков, который устраивает ТНТ, со всей России человек 600 приезжает, и из них очень маленький процент смешных или просто интересных. Если у тебя есть три хороших шутки, у тебя уже есть шанс на эфир.

Аудитория стендапа, воспитанная телевидением, а не интернетом, сложнее, с ней бывают какие-то провисы вообще неожиданные. Слава Комиссаренко рассказывал, как он придумал какую-то смешную шутку про игру GTA, а в зале повисла просто кромешная тишина, было слышно, как часы в баре тикают: люди не знали, что это такое. Вот так ты живёшь с мыслью, что это абсолютно органичная часть мира, а кто-то вообще не вдупляет.

Возвращение Луи Си Кея